Николай Наседкин
ПРОЗА



ЛЮПОФЬ


Часть 1

2. Коитус


Алексею Домашневу, 17 января, 18:10

Здравствуй! Вот и состоялся мой дебют в номинации «суррогат общения». Если честно, не знаю, о чём писать, надеюсь, что ты всё равно думаешь обо мне… Очень беспокоюсь о твоём здоровье… Сегодня надела (повторяю, НАДЕЛА, а то опять замечание сделаешь!) маленькие золотые серёжки и, по-моему, стала совсем маленькой… Я знаю, что ты не любишь, когда я маленькая, поэтому не буду больше разводить «нюни»… Бла-бла-бла… Хочется верить, что эта улыбка-смайлик :-) не разозлит тебя (как обычно тебя злит моё хорошее настроение)… Не пропадай, человек Достоевского!

ТВОЯ Дымка…

P.S. Забыла самое главное — я постоянно думаю о тебе!!!

Aline, 18 января, 9:36 (А тема?)

Алина, милая! Чудом сохранил и прочёл твой первый (исторический!!!) мэйл! Во-первых, имя отправителя совершенно зашифровано; во-вторых, не обозначена тема (сэбж); в-третьих, ни словечка в самом мэйле; в-четвёртых, вложенный файл не имеет имени, а только подозрительную цифирь… Короче, подобные письма в Инете, как правило, рассылаются хакерами-хулиганами и напичканы вирусами. Я (как любой юзер) удаляю их, не раскрывая. Но у меня, на наше с тобой счастье, мощный антивирус, так что я вчера от нечего делать вложение сохранил (и забыл о нём), а само письмо удалил. И вот сегодня после разговора с тобой еле-еле всё восстановил.

Короче, Дымка моя (а почему — Дымка?), начинай соблюдать правила инет-общения, пиши НОРМАЛЬНЫЕ мэйлы (по форме) и ЛАСКОВЫЕ, НЕЖНЫЕ (по содержанию). А вообще, поздравляю тебя с началом нашей виртуальной… дружбы.

Дядя Лёша.

Алексею Домашневу, 21 января, 23:22 (Tet-a-tet.)

Алексей! Приходит в голову фраза: не будь ничьим лозунгом, потому что ты — поэзия! Подумай об этом! Потому что ты действительно поэзия, моя поэзия… А с дядей Лёшей и нравоучениями ты переборщил, лучше бы по делу что-нибудь написал. Ладно, время уже позднее, а мне так хорошо и грустно одновременно. Не забывай, что я уже бабочка, а не гусеница, твоё чудо, а ты — мой маг. В общем, Дымка в лёгком сплине. Жду, жду, жду… Не хочу быть попрошайкой, побалуй меня хоть чуть-чуть. Помни, что Дымка уже готова раствориться в твоём тумане. Будет только — мы: сладкое, нежное, бесконечное…

ТВОЯ.

P.S. Дымка — это мой ник для самых близких мне людей.


Aline, 22 января, 8:03 (Ты — чудо!)

Алина, Дымка, спасибо!!!

И — за поэзию! И — вообще! Ты — чудо, помноженное на бесконечность изнурительного желания моей души в бореньях с низменными плотскими страстями… (???!!!?!?)

Считай, что это выплеснулись из меня такие вот тоже «стихи».

Буду сейчас засыпать и ДУМАТЬ о тебе!

До встречи (уже почти сегодня)! Целую.


Aline, 24 января, 23:20 (Где же ты?!)

Дымка, где же ты??!

Мне почему-то очень стыдно (и тревожно!) за то, что не проводил тебя до дома!!!


Алексею Домашневу, 25 января, 7:40 (Бред на заданную тему.)

Привет, мой родной человечек! Мой Лёша! Знаешь, единственный способ оставаться между небом и землёй — лететь, и я лечу: не это ли называется счастьем? Ты, наверное, улыбаешься, читая мои бредовые умозаключения-искания. Да, ломать себе голову я привыкла всякой софистской алетейей (извини за научно-студенческий выпендрёж). Когда-то я написала такие строки:

Я скучаю среди людей,
лишь в твоих небесах мне жить.
Без тебя, без твоих дождей
высыхает река души.

Поясняю. Не тебе мне писать об этом, но я всё же рискну: в литературоведении в стадийности сюжета есть архиважное слагаемое — кульминация; и есть всё, что до неё — бла-бла-бла (экспозиция, завязка, развитие действия с интригой…) Так и в моей жизненной сюжетности есть жизнь до тебя (бла-бла-бла) и жизнь с тобой, для тебя (кульминация меня — наивысшая точка меня).

Вернёмся к стихотворению — оно было написано до тебя, но сейчас я понимаю, что для тебя, о тебе, о нас. Некое послание из прошлого, предчувствие. Помнишь, как у Блока: «Предчувствую тебя…» В общем, «ты прости меня, малыш, ду-ду-ду-ду-ру, если любишь, то простишь…» за всю эту ахинею.

Признаюсь честно, пишу тебе я всё это после нашего субботнего вечера, то бишь ночью (на моих соломенных — 23:35), но отправлю завтра. Если отбросить весь мой мысленный онанизм и оргазм, набрать воздуха в лёгкие больше, чем необходимо, то всё мое вундеркинд-письмо сводится к одной-единственной фразе из четырёх слов — Я ТЕБЯ ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ!!! И, пожалуйста, отнесись к этой фразе серьёзно, я в неё вкладываю очень и очень много всего — себя, себя и ещё раз себя!

Так, вроде бы всё, что я хотела тебе написать — написала. Вот теперь пора баиньки. Сейчас НАдену (!) пижамку с рыбками (непременно с оголённым пупочком), стану опять маленькой девочкой, сожмусь в маленький комочек и с мыслью о тебе засну сладким, крепким-крепким сном. Так, это уже прелюдия email-секса какого-то! Хотя мне очень хочется тебя, чтобы ты был во мне (да здравствует цифра «4» — самая лучшая цифра на свете!.. Хотя, признаюсь, и «3» была сегодня прекрасна!)

Ладно, всё, больше не буду — представляю, как ты гримасничаешь сейчас! Согласна, про «был во мне» — это слишком. Ты тоже должен кое-что мне прощать в силу моего зелёного возраста! В общем, зацелую при встрече!

Твоя Дымка (с Маней на пару — ха-ха-ха!). Прости, сам понимаешь, настроение грустно-игривое (прямо оксюморон какой-то). Завтра, наверное, внутренний климат будет другим, но отошлю тебе письмо завтра. Почему? Не знаю…

До следующей нашей встречи!

Очень жду.

Aline, 25 января, 9:20 (Ого!)

Алина, милая! РОДНАЯ! ТАКИЕ письма надо засылать вечером, ближе к ночи!

А с утрешка (да ещё в перерыве напряжённой работы) читает дядя Лёша ТАКОЕ послание и — натурально цифра «4» во всей своей красе, во всём объёме и со всеми последствиями… (В следующий раз будет тебе четыре и даже пять — готовься!)

А если серьёзно: если б ты сейчас была рядом, я б зацеловал тебя до полуобморока (твоего или моего)!.. И Маньке бы досталось!..

Жди и помни меня ду-ду-ду-рака (вернее — Овена)!

А.


Моему Лёшеньке, 25 января, 13:08 (Спасибо, что ты есть!)

Любимый мой, доброго тебе дня!!! Вчера вечером я не отправила тебе свой пламенный привет потому, что думала — всё равно прочитаешь на следующий день, а эмоции прямо-таки захлёстывали. Однако цифра «4» меня до сих пор не успокаивает. Всё время думаю о ней, точнее о тебе… Вспоминаю, как ты ко мне прикасаешься, и… дрожь по коже. Интересно, что ты сейчас, в данную минуту делаешь? Если я сегодня не дотронусь до твоей кожи, хотя бы до рук — вечер будет мучительным, но ласками made in Алина Наумовна заниматься не буду! Или ты, или вообще никто! Да, я такая, Лёшенька! А вообще, повторить бы вчерашний вечер… Спасибо за твой ответ, он меня греет не меньше, чем твои поцелуи (это я так себя успокаиваю). Знаешь, я никого так не любила, как тебя, правда, язык позвоночный спины до сих пор помнит тебя, твои прикосновенья… Сейчас уже час дня, а я всё ещё твоя, и ты во мне, я это очень сильно ощущаю. Может, мы уже биополями-радарами крепко зацепились, и разорвать эту связь невозможно. Как замечательно, что я сегодня тебя увижу и, может быть, мы куда-нибудь сходим (это уже намёк!) — в кафе или просто погуляем. Мне нужно на тебя наглядеться. Сфотографировать всё до мелочей. Словом, я схожу с ума. Жду вечера до судорог (думаю, не надо объяснять — каких!). Люблю тебя больше жизни!

Дымка превратилась в густое облако эмоций, желания, томления…

Спаси меня!


Моему Лёшеньке, 25 января, 23:11 (Я только твоя!)

Доброй ночи, Лёшечка! Я думаю, что ты понял — это был Тима. «Давай снова будем вместе и бла-бла-бла». До ужаса неприятно, отвращение какое-то! И как с этим человеком я могла быть столько лет вместе?! Прости, что я вынуждена была сегодня остаться с ним у подъезда для окончательных объяснений. Но даже своим появлением он не испортил мне этот незабываемый вечер, который ты мне подарил. Это самый лучший подарок! Мне очень больно осознавать, что ты ещё не понимаешь (или не хочешь понимать), что я по-настоящему ДУМАЮ о тебе, хочу быть с тобой, делить всё, что судьба преподносит нам! Если ты действительно захочешь связать со мной жизнь, я буду очень стараться сделать тебя счастливым! Такой ПОДАРОК я, наверное, ещё не заслужила в свои нелепые 20! Как я хочу быть твоей, войти в твою жизнь и заполнить её собой! Люблю, люблю, люблю!..

Спокойной ночи, моё драгоценное счастье! Всегда твоя Дымка.

Мне очень бы хотелось, чтобы ты думал обо мне так же, как я о тебе…

Я буду на связи где-то до 00:10. Если зайдёшь позже этого времени, позвони! Буду ждать звонка. Люблю. Не волнуйся по поводу Тимы. Его нет в моей жизни, а есть ты! ТЫ, ТЫ и только ТЫ!

Ждущая Дымка.


Моему Лёшеньке, 26 января, 0:18 (Я всё ещё на связи…)

Ты что, роман что ли сочиняешь? Шучу. Если мы и не пообщаемся в Инете — желаю тебе сладких снов, мой милый и дорогой Лёша!

Целую крепко-крепко.


Aline, 28 января, 23:37 (Бред старого человека.)

Алина, здравствуй!!!!! Не общался с тобой уже два часа — соскучился! А вообще (как всегда, перехожу на кислости), мы с тобой, может быть, чересчур много и жадно общаемся — как бы не перенасытиться??!

Я вот что подумал: может произойти-случиться так, что ты мне дашь понять и осознать ЛЮБОВЬ… Понимаешь? То есть, я сейчас благодаря тебе начал сомневаться: понимал ли я раньше, что это такое? Испытывал ли я ЕЁ? Испытывали ли ЕЁ ко мне? Я только одно могу сказать со всей определённостью: ничего подобного в моей уже безобразно длинной жизни, кажется (КАЖЕТСЯ?), не было.

Учти, когда я окончательно растаю, разомлею, расслаблюсь, истончусь (кожей) и полностью доверюсь чувствам — ты ужаснёшься и отшатнёшься. Представь себе не очень молодого мужика — сюсюкающего, складывающего губы трубочкой и лепечущего нечто вроде: «Рыбонька моя! Кисонька! Золотце моё ненаглядное! Белочка! Стрелочка! Козочка! Розочка!..» И т. п., и т. д., и пр. Бр-р-р!

Целую тебя крепко-крепко! И — НЕ ТОЛЬКО тебя! Если ты навестишь меня сегодня во сне — обещаю быть нежным…

P. S. А вообще, ты теперь поняла — с каким монстром, с каким моральным уродом связалась??? Бедная! И — прости…

Монстр. (Теперь только так и буду подписываться!)


Моему Лёшеньке, 28 января, 23:58 (Прекрати!)

Вот это ты мне письмецо подкинул!!! «Монстр…», «чересчур много и жадно общаться…» Ничего тёплого выдавить из себя не можешь? Нет? Настроение ты на ночь испортить можешь!

Если ты решил, что чересчур, значит — чересчур. Тсссс! Тишина. Я умолкаю и растворяюсь в своих кричащих мыслях…

Уставшая Алина.


Aline, 29 января, 0:13 (Прости!)

Люблю!!!


Моему Лёшеньке, 29 января, 1:02 (Я тебя тоже люблю!)

Спокойной ночи, моя звёздочка!!!

Твоя Алина-Дымка.


Моему Лёшеньке, 29 января, 21:01 (Моему единственному!)

Мой милый! Давно обещала переслать стихотворение, которое я посвятила тебе, когда между нами ещё ничего не было. Я знала только одно: обязательно подарю его Алексею Алексеевичу на его день рождения. Просто кольнуло в сердце — вскочила с постели ночью (часа в два) и на ощупь карандашом в блокноте накарябала:

Весна растопила зимы леденец
Весёлой капелью в ладони стекается.
Завидую тем, кто хандрой по весне
Не мается!

Написала я это четверостишье после того, когда я узнала, что ты родился в апреле. Есть во всей этой истории что-то мистическое и мурашистое. Представляешь, кому-то было угодно, чтобы это стихотворение начало жить своей жизнью гораздо раньше НАШЕЙ истории. Наверное, внутренне, сама того не замечая, я созревала, присматривалась, открывала, восхищалась, пугалась… В общем, влюбилась и в твоих мрачных пещерах свой рай отыскала. Про пещеры я, конечно, утрирую — просто в тебе моё «я» живёт, и без тебя я уже не я. Да, заякалась что-то!

Я хочу и могу сделать тебя счастливым! Ради этого я и живу! Только прошу тебя, не смейся и не обвиняй меня в детскости и юношеском максимализме! Я действительно каждый день всё больше и больше растворяюсь в тебе… Не останавливай меня! Я хочу быть твоей! Моя любовь к тебе — ключ от счастья, и эту дверь мы откроем ВМЕСТЕ, а за ней нас ждёт… рай. Потерять его невозможно — он в нас… Так, опять я начинаю грузить тебя своими философемами.

Лёшечка, любимый мой! Помни всегда, что ты для меня ВОЗДУХ, до нашего первого прикосновения я изо дня в день умирала рыбой в пустыне. Каждое утро просыпалась и понимала, что снова и снова умираю… Что ни день — поминки одной миллионной части души. Рядом с тобой я перерождаюсь: множусь, а не делюсь. И этот математический рай делает неотъемлемую часть моей жизни (скучную часть: учёба, пустые разговоры с разными людьми…) сладкой, потому что в эти минуты я думаю о тебе… В общем, я не перестаю говорить тебе спасибо за то, что ты есть, появился в моей жизни, вошёл в неё и стал ею!

Ещё чуть-чуть, и я совсем выйду из берегов своих мыслей, чувств… Ты прости меня, что пишу такое длинное письмо…

Люблю… Жду и всегда (каждую секундочку) ДУМАЮ о тебе! Мой, мой, мой, мой… — опьяняюще звенит в моей голове. Неужели ты мой?!!!!!!!!!! Алексей, Лёша, Лёшечка… Я твоя, до самых атомов души, кожи, косточек…

Родная и милая Алина.


Aline, 29 января, 23:29 (Нет слов!)

Алина, милая, РОДНАЯ (ты должна привыкнуть к этому обращению!) — у меня, и правда, нет слов. Я просто счастлив, что ты есть, что я встретил тебя, что мы ВМЕСТЕ, что я о тебе ДУМАЮ, что ты ДУМАЕШЬ обо мне, что завтра мы, дай Бог, снова будем прикасаться друг к другу, ПОСТИГАТЬ друг друга, СЛИВАТЬСЯ, РАСТВОРЯТЬСЯ друг в друге, л‑ю‑б‑и‑т‑ь!!!!!

До встречи, ЛЮБИМАЯ!

P. S. Пересылаю тебе одно из твоих последних писем, чтобы ты увидела плюсики, которые откуда-то у тебя из-под рук выскакивают, когда ты набираешь-настукиваешь текст.

Плюсы — это вообще-то хорошо! Плюсы — это вообще хорошо! (Философемы.)

Целую бессчётно!


Моему Лёшеньке, 31 января, 12:49 (Шиш.)

Моя фамилия Веточкина, и я обломилась! Милый Лёша! Твоего письма до сих пор нет! Какой, простите, электронный козёл его зажилил?! Опять творится что-то необъяснимое!

Но я всё равно не перестану повторять тебе, что ЛЮБЛЮ, ЛЮБЛЮ до безумия! У нас всё будет хорошо! И у тебя дома, я надеюсь, тоже. Не грусти! Хочется поднять (!!!!!) тебе настроение, но не знаю как. Увидеться пока не получается. Но ты не волнуйся, может, твоё послание скоро объявится. Бесстыжий Инет! Даже и он, неверный, подводит нас! Но ничего, я пока посмакую удовольствие: хочу перечитать тебя ещё раз — моего любимого писателя!

Твоя Алина.


Моему Лёшеньке, 31 января, 12:57 (Ну наконец-то!!!)

Только что написала тебе письмо и… бац! «У Вас 1 новое сообщение». Открываю — а там мой Лёшечка: послание из вчера. Я бы тебя зацеловала, ото всех спрятала в карман — унесла на край света и ЛЮБИЛА бы тебя до умопомрачения. Я постоянно думаю о тебе, может, хоть это порадует моего Лёшу — мою звёздочку! Твоя Дарья Николавна (да-да, именно Николавна) — редиска!!! Милый мой, единственный-разъединственный, наплюй ты на свою рыжую (прости, что получилось по-злому) — ведь её тоже можно понять. Думай о том, что скоро мы снова встретимся, я тебя поцелую, обниму, скажу, что нет роднее тебя в этом мире человечка, ради которого я утром открываю глаза и вообще живу! Люблю тебя больше жизни!

А плюсик — это многоточие, которое у тебя не распознаётся. И получается очень даже символично: многоточие — знак бесконечности, а плюсик — знак положительного результата, оценки. Выходит, что вечность — это хорошо! Поздравляю тебя, Лёшечка, и меня, конечно, — у нас есть будущее, и оно прекрасно. Вот такой вот вывод! Такая философемка мне нравится! Так я ещё раз тебе доказала: мы созданы друг для друга и на метафизическом уровне тоже. Люблю тебя ещё больше! Ситуация критическая — я начинаю возбуждаться во всех смыслах! Отключаюсь. Пересылаю тебе свой пламенный и наисладчайший привет!!!

Твоя, твоя и ещё раз твоя Алиночка.


Моему Лёшеньке, 31 января, 16:52 (Тоска…)

Милый мой, Лёшечка! Баста!!! Родственнички достали! Шум, гам, пустые разговоры, тосты, слова… Я как будто из другого мира, из другой семьи, из другого теста… Наверное, так и есть. Сижу за столом — только о тебе и думаю. Целую кольцо и вспоминаю вчерашний вечер (признаюсь, я вчера почему-то сразу догадалась, что ты мне хочешь подарить-надеть обручальное кольцо, и — даже поначалу испугалась… Чего? Сама не знаю. Теперь я твоя окольцованная!). О каждой твоей клеточке думаю-мечтаю. Ты весь во мне. Даже когда мы не вместе, ты, как копия (глупый и неживой компьютерный троп), сохраняешься где-то внутри меня. Память — единственный рай, из которого нас не могут изгнать. Безумно хочется увидеть тебя. Неужели завтра будет тянуться так долго-бесконечно?! Изнываю. Тем более, что ты уедешь в Первопрестольную почти на неделю.  Милый мой! Люблю в бесконечной степени.

Твоя Алина.


Моему Лёшеньке, 31 января, 19:36 (Да!!!!!!!!!!!)

Согласна, согласна, согласна! Губу даже себе прикусила, когда услышала в телефонной трубке твоё сладкое предложение!!! Я согласна!

До того, как зашла в Инет, собиралась отправить тебе ещё одно письмо. Высылаю-прикрепляю. Я согласна! Ах, да, я это уже писала! Я счастлива, милый Лёшечка! Люблю!

Как ты сам написал (мне эта фраза безумно нравится): «Близкие, родные люди живут по закону сообщающихся сосудов…»

Не устаю напоминать, что я о тебе ДУМАЮ!!! Помни это всегда. Особенно в Первопрестольной!

Твоя…


Aline, 31 января, 21:40 (Ынструкцыы.)

Алына, пасылаю паслэдные ынструкцыы па сэкрэтнай явкэ: мы будэм завтра ажидат Вас ужэ ва квартырэ — ровна в 14:00. Званит в званок тры раза. Ваша, карасавыца, задача — ны апаздат. Мы всо сказал!!!

Алэксэй.


Моему Лёшеньке, 1 февраля, 0:07 (Ещё — да-да-да!!!)

Милый мой! Проси, приказывай! Всё приму-впитаю! Да, завтра в 14-00 в НАШЕМ доме! Правда жаль, что придётся спешить. Боюсь, не успею запастись тобой аж на неделю!

Я согласна и безумно рада тому, что увижу тебя, прикоснусь…

P.S.Хотя кто-то, по-моему, обещал позвонить?!

Алина.


Моему Лёшеньке, 2 февраля, 22:07 (Письмо-сплин.)

Здравствуй, мой милый путешественник! Может, в Moscow ты всё же отыщешь (а вдруг!) маленький виртуальный мирок и найдёшь в своём email-сундучке маленькую частичку меня. Не хочу разводить нюни, но мне безумно холодно без тебя! Согревает разве что мысль о том, что ты тоже думаешь обо мне, и мы по невидимому радару связываемся. Ведь так?! Сегодня В. Т. всё же затащила-заманила меня в твой кабинет (попросила меня помочь полить цветы), а там так тепло! Наверное, потому, что там до сих пор мы: целуем друг друга, смотрим в глаза, пьём чай (кофе), живём своей жизнью! От этой мысли мне сразу стало так хорошо на душе, что я даже не помню, о чём В. Т. говорила. Помню только, что тебя буквально обожествляла: с трепетом теребила твою занавесочку за шкафом, салфеточки, в общем, старалась быть к тебе ближе. Некий фетиш-контакт с тобой через твои вещи. (Она явно в тебя влюблена!) И в этом желании она не одинока! Хотя у меня есть что-то гораздо большее, чем всё это — воспоминания, твой запах, книги…

Кстати, о книгах! Думаю, что ты меня простишь и поймёшь, но я решила начать всерьёз читать Достоевского! Об эмоциях по этому поводу говорить пока рано, знаю одно: перелистывая очередную страничку, чувствую, что в эти мгновения я с тобой, в твоих мыслях! Может, где-то на метапараллелях мы пересекаемся! Ведь ты знаешь, что параллельные линии пересекаются! Наверняка знаешь! Обязательно знаешь! Потому что я тебя нашла, а мы и есть соседние параллели, которые обязательно ДОЛЖНЫ были пересечься! И это случилось и стало самым счастливым днём в моей жизни!

Когда-то я написала:

Тайны не узнали наши губы,
ждать они навек обречены.
Только в чьём-то списке наши судьбы
грустной запятой разделены.

Долой знаки препинания! Мы вместе! Прежние запятые-комплексы за чертой, которая называется прошлое.

Знай, я благодарна тебе за всё: за каждое мгновение, которое ты мне подарил! Благодарю!

Думаю! Ещё раз благодарю!

И целую, целую, целую.

Алина, которая ждёт своего Лёшу одна в известном городе на букву «Б».


Моему Лёшеньке, 6 февраля, 22:04 (Дождалась!)

Лёшечка, милый! Моё сердце (и не только сердце!) тебя дождалось! Спасибо тебе за СЕГОДНЯ!!!

Увы, у меня ощущение, что у тебя дома не всё хорошо! Очень хочу, чтобы я ошибалась! (Решила эти строчки оставить даже после нашего телефонного шептания.) Может, тебя согреет моё письмо, хотя оно тоже нос повесило.

Надеюсь, что когда-нибудь ты всё же скажешь мне, глядя глаза в глаза, губы в губы, душа в душу, то, о чём пока я лишь догадываюсь и мечтаю втайне. Я ни в коем случае тебя не тороплю и не настаиваю — это должно быть естественно и искренне с твоей стороны… Просто 99% моего счастья без этого одного твоего процента кажутся такими хрупкими и лёгкими!

Твоя Алина.


Aline, 6 февраля, 22:40 (Я тебя л…!)

Алина, РОДНАЯ! Твоё «загадочное» письмо читал, изучал, исследовал, воспринимал, анализировал, постигал, переваривал… С дороги голова несвежа, но понял-таки, что ты без меня тосковала (за это хвалю, это нам любо!) и хочешь услышать от меня что-то СВЕРХважное, СВЕРХнежное и СВЕРХинтимное… Что ж, говорю: я тебя л…!

А вообще, Алинка, ну тебя! Ну что ты веришь шелухе слов!?!? Ты же знаешь, что я тебя ЛЮБЛЮ! Ну к чему нам слова???? ЛЮБЛЮ. Л-Ю-Б-Л-Ю!!!

Целую, радость моя!

(Готовься стирать мои носки и, пардон, подштанники.)


Моему Лёшеньке, 7 февраля, 21:54 (Спасибо!!!)

Ты моя глубина! Этот вечер — самый лучший в новом году (кроме 7 января, когда я буквально летала от счастья)! Сегодня ты преподнёс мне самый дорогой подарок, который я когда-либо мечтала получить — твою любовь. Даже папа (не мама, а папа, что удивительно!) заметил, что я свечусь от счастья. Говорит: «Что, поэтический вечер Сердечкиной был таким удачным?» На что я ответила: «Да, такого я от неё не ожидала. Сильно, искренне, чувствуется поэтический рост…» Не смейся, меня прорвало на такой поток комплиментов, да так, что мои даже изменили мнение о Галине (а с её «шедеврами» они знакомы).

Люблю тебя… Готова миллион раз повторить это! Даже не люблю, а дышу тобой. Вдыхаю и думаю, что в каждой микроскопической пылинке ты, а значит, ты всегда во мне. И этого не отнять. Внутри горит огонь, который не затушить никакими суетными ветрами. Завтра проснусь и вспомню, что ты вчера за ручку, как маленькую девочку с большими и чистыми глазами, ждущую чудес, привёл меня в сказку, самую лучшую сказку. Ты доказал, что чудеса есть, и они вокруг, во всём, надо только увидеть их. Я так боялась, что потеряю тебя. Думала об этом и сходила с ума. Сегодня ты подарил мне небо и крылья. Мечта летать по небу, крылья — осуществление мечты. Моя мечта сбылась, я счастлива. Ощущаю сейчас то, о чём сегодня тебе говорила: быть единым целым (мы) и ощущать в этом единстве-слиянии-сотворчестве своё собственное свободное я.

Я — белая птица, а ты моё небо. Друг без друга — пустота. Только вместе мы — и бутон, и стебель, цветы, живые, тянущиеся к свету. Пишу всё это сейчас и плачу, действительно плачу (от счастья, конечно!). Улыбаюсь, и слёзы отдыхают в складочках перед своей дальней дорогой к подбородку в кавычках вокруг губ. Слово «кавычки» для меня ключевое слово (как ты, наверное, уже понял из моих стихов, напомню одну строчку: «Разжать кавычки искусство крика…»). Моя любовь к тебе закавычена уголками моих губ, поцелуй разжимает их, и… я твоя, ты мой, мы вместе, мы бесконечно счастливы. Каждый день буду благодарить тебя за всё это! СПАСИБО!!!

Всё, истерика: слёзы, смех, счастье, радость… Сижу, кручусь в кресле, обняв свои коленки. Ты у меня есть! Представляешь, ТЫ У МЕНЯ ЕСТЬ! Ты понимаешь, что я на седьмом небе! Мысль, что ты мой, расщепляет меня на тысячи частичек, которые превращаются во флюиды и просачиваются через стены, летят к тебе, может, сквозняком, может, снежинкой, что слезой течёт по твоему стеклу. Я так хочу быть с тобой, что просто выпрыгну, наверное, сейчас из своей кожи и паразитирую Инет своим Я-вирусом любви — самым прекрасным и парадоксальным в мире вирусом, придуманным Господом Богом, приносящим людям только счастье. Знаешь, когда я написала своё первое стихотворение о тебе-мне-нас «Шестой день» (думаю, ты понял, почему шестой день, — это день, когда был сотворён человек), я и не предполагала, насколько перестроюсь-перерожусь. Поменяв е на ё — это ещё цветочки, но то, что Ты мой алхимик, я другая — это точно.

Любимый, спасибо тебе за то, что ты делаешь меня счастливой!!!

Обнимаю-целую… Глазами, губами, кожей, душой… Всем, чем может любить-жить влюблённый человек.

Всегда твоя и только твоя Алина, Дымка, милая, родная, радость и счастье твоё. Все я твои обращения перечислила? Не важно. Важно, что я твоя: дома, в университете, на улице — везде. Помни это, даже тогда, когда мы сидим рядом, но вынуждены не притрагиваться друг к другу, знай, что каждым волосиком, клеточкой я тянусь к тебе, как цветок к солнцу! Конечная цель всех моих стремлений — твои объятья. Только обнимая, ты даришь мне себя саму! Мудрёно, но по-другому выразить свои чувства не могу!!!

Возвращаюсь к своей первой фразе письма (даже в момент мысленной нирваны тут моя коронная кольцевая композиция тут как тут!). Теперь понимаешь, что ты моя глубина?! Я произношу слово, а ты его продолжение — эхо, глубина… Так слово начинает жить: сначала его произносят, а потом наступает тютчевское будущее-развитие — как оно отзовётся. Ты и я — это рождение, МЫ ТВОРИМ, ПРОДЛЕВАЕМ-ДОПОЛНЯЕМ ДРУГ ДРУГА!!!

Безумно хочу взглядом сейчас разговаривать с тобой! Но я его помню, поэтому смотрю сейчас на тебя. Чувствуешь моё тёплое прикосновение?

Твоя, твоя, твоя, всегда твоя, только твоя, единственно твоя, абсолютно твоя… Посмотри на свои ладони: в каждой клеточке, линии, бугорке, складочке — я… Я живу в тебе, без тебя нет и меня!

Как мне хочется крикнуть на весь мир, что я ЛЮБЛЮ!!! И моё внутреннее эхо кричит, да так, что слёзы не удерживаются… Опять плачу. Прости, но не могу слёзы сдерживать. Это счастье — плакать от счастья (счастье, счастье — этим словом пропитана я вся!!!) ЛЮБЛЮ — я кричу-ору-визжу это… Комната трясётся от моей распирающей вселюбви! Наверное, и ты это слышишь. Наверняка слышишь. ЛЮБЛЮ-ДУМАЮ-МЕЧТАЮ!!!

Я. Точнее, я в тебе.

Лёша, я тебя люблю!

Aline, 7 февраля, 22:30 (Потрясён!)

Алина, милая, родная, родненькая и маленькая моя!!! Слов у меня нет. Я читаю твои слова (не слова — это что-то уже запредельное, невыразимое!) и понимаю, что НЕ ДОСТОИН такой любви. Прости меня!!! Я толстокожее, грубее, проще, усталее (?!) и, увы, циничнее, чем тот, кого ты так возносишь…

Но вместе с тем за одно это письмо я готов совершить ради тебя любые глупости… Люби меня, плачь, ДУМАЙ обо мне, как я о тебе ДУМАЮ БЕСПРЕСТАННО!

Обязательно приснись мне сегодня — прошу!

Я.

P. S. (В прозе) Прошу: помечай мэйлы ко мне знаком «важно» (как я — кнопка с восклицательным знаком), чтобы они оказывались в самом верху поступившей почты.

Моему Лёшеньке, 7 февраля, 23:12 (Люблю…)

Спокойной ночи, любимый мой! Любимый с самой нежной кожей (о твоих душевных кожных утолщениях и слышать не хочу)! Думаю о тебе и жду завтра и сегодня ночью!

Твоя маленькая!

Люблю! Люблю!! Люблю!!! Люблю!!!! Люблю!!!!! Люблю!!!!!! Люблю!!!!!!! Люблю!!!!!!!!..


Моему Лёшеньке, 8 февраля, 20:16 (Умоляю тебя…)

Лёша, милый! Очень прошу тебя, напиши мне, что ты меня любишь и когда-нибудь станешь по-настоящему моим. Умоляю тебя. Схожу с ума… Плачу теперь уже от страха потерять тебя. Без тебя я не смогу жить, ты смысл моей жизни. Я всегда буду с тобой — это моя клятва перед Богом и людьми. Даже если целый мир будет против нашего союза, я буду бороться за тебя, за право быть счастливой и любить. Мне так хочется быть рядом с тобой маленькой девочкой — беззащитной, чистой, светлой… Но если понадобится, разорву на части того, кто встанет на пути. За счастье надо бороться. И буду… Но должна знать, что рядом будет твоё плечо. Умоляю тебя, скажи, что это так, что твоя любовь мне поможет вытерпеть всё…

Надломленная Дымка.

Aline, 8 февраля, 20:40 (Всё будет хорошо!)

Алина, Бога ради, не раскисай, не поддавайся, не отчаивайся, не хлюзди, не хандри, не плачь, не грусти, не тоскуй, не депрессируй и вообще — не, не, не и не…

Всё у нас с тобой будет хорошо! Я тебя люблю (поверь!), ты меня любишь (верю!) — что ещё нам надо? Остальное — преходящее и мелкое. Переживём!

Признаюсь, мне довольно погано от всех этих обстоятельств и досадных помех, но я знаю одно: твоя любовь ко мне — это такой внезапный, незаслуженный мной, ошеломительный дар Судьбы, что остальное всё не суть важно…

Мы обязательно, дай Бог, будем вместе! Я обязательно «когда-нибудь стану по-настоящему твоим»! (Только не понимаю: а сейчас-то я — ЧЕЙ?)

Я тебе советую самой поговорить хотя бы по телефону с Тимой и ещё раз, но очень внятно объяснить-втолковать ему, что ТЫ ЕГО НЕ ЛЮБИШЬ, что НЕ СТОИТ ЕМУ УНИЖАТЬСЯ И КАНЮЧИТЬ ТВОЮ ЛЮБОВЬ, что это НЕ ПО-МУЖСКИ. Ты должна так убедительно сказать, чтобы он не столько мозгами, сколько СЕРДЦЕМ поверил этому и осознал, что он тебе ЧУЖОЙ человек.

Я тоже, когда придёт время, постараюсь так же точно объяснить своей Д. Н., что у нас с ней ВСЁ кончено, что её НЕТ в моей жизни, что я НЕ ЛЮБЛЮ её… Пусть это будет жестоко, но иного выхода нет…

Целую! Обнимаю! Крепко-крепко прижимаю к себе!

С одной стороны, зря мы сегодня затеяли этот поход на литвечер (как мне не хотелось — словно предчувствовал этого Чашкина!), с другой — всё, что ни делается, всё, может быть, к лучшему…

Вот на этой философемической ноте (позаимствованной у вольтеровского героя) пока и прощаюсь с тобой, родная моя и разъединственная Дымка-Дымочка.

Буду в сети ещё примерно до 21:30, а потом — потеряю сознание. Если ещё виртуально чмокнешь меня мэйликом — буду счастлив.

Алекс.

Моему Лёшеньке, 8 февраля, 21:21 (Счастлива!)

Вздохнула свободно! Спасибо, мой котёнок! Целую-расцелую тебя. Обожаю! Не знаю, какие ещё глаголы подобрать. И надо ли? Я безумно рада, что у нас всё замечательно! Правда, безумно рада! Настроение начало подниматься на градуснике сегодняшнего дня. С Тимой уже говорила. Всё, что ты писал — говорила уже, наверное, тысячи раз. И сегодня сказала, не знаю, дошло ли до него хоть чуть-чуть. Из всего внятного он сказал только одно — что безумно завидует тебе и вообще он обезумел от того, каким я взглядом смотрела на тебя. «Почему, — говорит, — ты на меня так не смотришь?» Ну да ладно, я постаралась с ним спокойно поговорить. Дай Бог, ночью подумает-передумает и поймёт, что я не его, он не мой, я счастлива с другим… В общем, Бог с ним. Люблю тебя. Спи спокойно, мой малыш. Если я приснюсь, то уж берегись — зацелую-залюблю так, что рай будет давить своим облачным потолком. Люблю, жду тебя, мой единственный!

Твоя Дымка. Спасибо тебе! Целую по-настоящему, по-дымчатому. Сначала верхнюю губу, потом нижнюю… А потом… (Сам знаешь — ЧТО!)


Моему Лёшеньке, 9 февраля, 20:35 (Жажду общения!)

Здравствуй ещё раз, мой ненаглядный Алексеюшка!

Сегодня ты был такой лапочка. Сижу сейчас дома и вспоминаю тебя — грустного, нежного, лиричного героя МОЕГО романа. Правда, хотелось тебя украсть у всех и, завидуя самой себе, отправиться с этой бесценной кражей в наш несуществующий дом (пожалуй, разве что в моём воображении). Напиться горячего чая, забуриться под одеяло, обвиться губами-руками-телами и просто лежать, дышать-пропитываться друг другом, мыслями, взглядами, запахами… Не смотреть на часы, потеряться во времени, забыть вкус только что выпитого чая — раствориться, забыться, умирать-возрождаться. Так много хочу тебе сказать, показать, доказать… Сегодня я сидела напротив кафедры в 8‑й аудитории, нас разделяла двухстенчатая разлука, но не было ни минуты, чтобы я не ощутила эту невыносимую магнитную пытку. Меня безумно тянет к тебе (не только в том смысле, о котором ты подумал!). Твоя часть вечно будет во мне и моя в тебе тоже, я знаю — цитирую саму себя (правда, доисторическую, ещё доуниверситетского периода). Жду нашей с тобой встречи, мечтаю, чтобы никакая факультетская особь не мешала нам быть вместе, прикасаться друг к другу, целовать, шептать, прилагаю к этому списку все остальные слагаемые счастья.

Кстати, просвети меня, когда мы собираемся в НАШ дом. (Приготовься, сейчас последуют предложения-разъяснения-поучения-лекции-намётки-подсказки!!! — Прим. авт.) Не подумай, что я озабоченная (вовсе нет). И то, что ты сказал мне насчёт моего отношения к сексу — это всё туфта. Я кинестет: для меня важно ОЩУЩАТЬ человека (видеть, слышать, держать за руку, улыбаться…), а не в буквальном смысле СЛИВАТЬСЯ. В универе я чувствую тиски чувственной цензуры: не могу спокойно обнять тебя, наблюдать за каждым твоим движением (а я хочу изучать тебя посекундно — ты всегда такой разный, интересный, загадочный), прикоснуться, поцеловать… Постоянное ощущение, что секунда и… кто-то сейчас сунет нос туда, куда не надо. (Здесь мои лирические размышления обрываются. — Прим. авт.) Так, меня заносит, совсем уже ушла от темы, провалилась в свои негодования. Дело в том, что наши планы надо согласовывать, поэтому я и спрашиваю, когда намечается тет-а-тет? Чтобы я все свои дела расставила по дневным-часовым полкам.

Жду ответа и появления ТЕБЯ на моём экране-жизни. Кстати, о сексе… Когда ты пишешь-отправляешь-вводишь мэйл, ты медленно ВХОДИШЬ в меня! Доставь мне энергетическо-смысловой оргазм! Ах, какая я бяка!

Совесть: — Алина, как тебе не стыдно, куда ты катишься?!

Я: — Люпофь…

Твоя алогичная, шизоидная, озабоченная (в смысле влюблённая) Алина (ещё и циклоид по акцентуации личности: настроение прыгает от –10 до +10 в течение дня). Целую. Жду.

Aline, 9 февраля, 23:08 (Прости!)

Алиночка (Алиннннночка)! Письмо от тебя… вкусное, сладкое, горячее, ароматное и вообще — замечательное и милое. Спасибо!

Ну а по правде (да и по кривде), ты меня буквально балуешь хорошими словами. А я, к твоему сведению, очень даже сухарист (от слова «сухарь»). Даже признаюсь: прежде чем тебе вот это ответить-написать — просмотрел-прочёл все поступившие сегодня мэйлы и на одно даже быстренько ответил (уж больно важные сегодня письма — по литературным и университетским делам)… Старый, сухой, чёрствый негодяй! И не стыдно к такому испытывать люпофь юной ангелоподобной девушке???

Я просто тебя умоляю: поосторожнее с сексом, вернее — с рассуждениями о сексе. Мы же договорились, что ты сдержанная, совсем не озабоченная и даже в чём-то застенчивая девушка, которая при слове «секс» должна потуплять глазки и бурно пунцоветь…

А теперь — цитатки из «Коллекционера» Фаулза, из записей Миранды:

«И я точно знаю, каким должен быть мой муж, это будет человек с интеллектом, как у Ч. В., только гораздо ближе мне по возрасту и с внешностью, которая мне может понравиться…»

«Если б у меня, как у Золушки, была волшебница-крёстная… Пожалуйста, сделай Ч. В. на двадцать лет моложе. И пожалуйста, пусть он станет немного привлекательнее внешне…»

«Я подумала, мы выглядим (с Ч. В.) как отец с дочерью…»

«И в этот момент он (Ч. В.) показался мне гораздо моложе, чем я. Он так часто кажется мне совсем молодым, не могу понять, отчего это происходит…»

Как ты понимаешь, читается такое с большущим вниманием и размышлизмом…

Покудова! Цалую! (Так Достоевский писал Анне Григорьевне в письмах.)

А. А.

Моему Лёшеньке, 10 февраля, 22:05 (Самому нежному для меня…)

Дорогой мой, милый-премилый человечек! Пока ехала в автобусе после нашего свидания, поняла, что сама не могу поверить в то, что ТЫ МОЙ или можешь быть МОИМ. Когда я спешу к тебе, даже не спешу — лечу, вспоминаю-повторяю-изучаю каждый миллиметр твоей кожи, я ощущаю себя вселенной, бесконечной и конечной одновременно, но как только достигаю цели: вот он ты стоишь — такой, какой секунду назад был в моей голове, и… соединение прервано: я тебя боюсь, конфужусь, стесняюсь… И всё потому, что не могу поверить, что ТЫ МОЙ! Как такой мужчина может быть МОИМ, принадлежать МНЕ (зелёной смазливой пигалице, корчащей из себя поэтессу, писаку, вообще личность)!!!?? Ты не веришь, что Я ТВОЯ, но не знаешь, как я-то больше всего боюсь того, что ты так и не впустишь меня в свою жизнь или, ещё хуже, я по глупости своей напортачу что-нибудь нелепое и всё испорчу.

Если путь к тебе лежит через расстворение-прорастание-сплетение, я готова влиться своей эгоистической четвёртой группой крови в твою и принять полный обряд причащения любовью через подавление своего «Я» (худшей части — непокорной, капризной, детской, болезненной). Мне так хочется отдать тебе всё самое лучшее и быть рядом с тобой лучше! Ты прощай меня иногда за то, что я буду слишком уж бояться тебя. Именно этот страх и не даёт мне полностью раскрепоститься — подчиниться тебе. Я боюсь отдать и не получить — а это значит умереть, пересохнуть, как истончающийся в засуху родник. Я отдам всю себя и закончусь, ты напьёшься, утолишь жажду и пойдёшь дальше по своему жизненному пути без меня, да и моё «Я» тогда уже перестанет существовать. Нежности нерастраченной у меня полный склад души, но если долго-долго кушать сладкое — оно приедается и начинается тошнота (помнишь, по Сартру). Если я очень сильно буду любить тебя — не надоем ли я тебе? Безумно боюсь этого! Но для меня жизнь — это отдавать! Так что готовься в любом случае высвобождать душевные карманы, чемоданы и прочие вместительные принадлежности. Держи меня, я уже полилась — лениво, как кисель, если выйду из берегов — принимай это как заслуженный бонус, например, за незапланированный поцелуй, улыбку, доброе слово (вдруг даже «Я тебя л…» — шифруюсь, будто здесь мат) или ещё какое-нибудь проявление нежности. Я хочу заслужить твою любовь!

Всенежность-Алиночка.

Приятных тебе снов, любимый мой Алексей Алексеич! Целую каждую твою ресничку! Засыпаю только с мыслью о тебе!

Aline, 11 февраля, 11:20 (Ты прости меня, малыш!..)

Алина, мы с тобой — два дурака пара. И очень подходим друг другу. Оба любим заниматься душевным онанизмом. Вместо того, чтобы отдаться любви безоглядно и наслаждаться любовью друг к другу. Тьфу на нас, извращенцев!

А вообще, ты прости меня, малыш, за то, что я совершенно не такой, каким ты меня вообразила и каким ожидаешь видеть. (В заголовке-теме письма я эту песенную строку написал совсем из других соображений: попросить прощения за своё вчерашнее настроение, да вот потянуло на обобщения, философемы!)

И в очередной раз хочу тебя отрезвить: со мной — трудно. Я — негодяй. Я — эгоист. Я — уставший старик. Видела бы ты меня вчера, когда я стоял под ветром и какой-то мразью, падающей с неба, на остановке уже 50 (пятьдесят!) минут после твоего уезда, а вся транспортная дрянь ехала только в сторону Северной площади… Как хорошо, что тебя не было рядом! Ты бы точно заплакала… А — зачем тебе это?! Ты же БОГИНЯ…

Впрочем, всё — давай превращаться в НОРМАЛЬНЫХ людей и любить (ДУМАТЬ) без вывихов, истерик и модернизмов: нежно, с достоинством (?!), заботливо и вежливо (???!), я хотел сказать — предупредительно…

Ну — нагородил! Прощаюсь. Помни, в каком бы я ни был скверном настроении, как бы я ни издевался над тобой (и собой!) в иные моменты, я вскоре остыну, очнусь, изменюсь, стану прежним и попрошу прощения. Потерпи иногда! Пережди.

Целую, целую, целую — нежно, как только могу!

Я.

Моему Лёшеньке, 11 февраля, 20:09 (Тебе всё прощаю…)

Лёшечка, солнышко ты моё! Как я безумно хотела тебя увидеть сегодня и увидела! Думаю, пойду в универ — посмотрю, пообщаюсь, приласкаю моего заболевающего! А ты так долго не приходил. Почти пять часов ожиданий стоили того, я много думала, передумала — ты занимаешь все мои мысли, фантазии, желания… Хочу и буду любить тебя, ждать наших встреч! С тобой (в нашем раю) я лечусь, зализываю раны своей жизни, что по ту сторону нашего любовного вакуума.

Каждый раз после наших встреч возвращаться на землю так не хочется, но согревает мысль, что будет ещё встреча, и на факультете, дай Бог, увидимся, прикоснёмся. Ведь каждое твоё прикосновение — подарок, сказка. В твоих объятьях жить хочу: они — мой рай, моя обитель (только что почти сочинила стихи!) Действительно, когда язык позвоночный спины чувствует твои руки (губы!!!), я превращаюсь в бесконечность.

Милый мой, люблю тебя! Я — твоя пленная, а ты — самый сладкий плен! Обязуюсь быть твоей во всём: в мелочах, в главном… Буду очень стараться, потому что ХОЧУ быть с тобой и только с тобой. Я ТВОЯ — ты должен понять это и поверить! Мне не нужен никто, кроме тебя!!! Я ждала тебя всю жизнь, и судьба всё же подарила мне 29 декабря счастливый билет!

P.S. Мысли после разговора.

Боюсь — это значит теряюсь: полнейшее брожение в мозгах, я растекаюсь в твоих руках, поцелуях, объятьях, как снег в сорокаградусную жару. Забываю о том, что надо помыть руки, чашки, покушать вообще — смотрю на тебя и не вижу ничего вокруг. Есть только две точки — ты, я и соединяющая линия между нами. Иду в наш ДОМ, думаю о том, что сейчас обниму тебя крепко-крепко, скажу прямо с порога: «Любимый мой, как я долго ждала этой секунды, когда увижу тебя…» И вот звонок, щелчок замка, ты открываешь дверь, и… я проваливаюсь в пустоту, выворачиваюсь наизнанку. Вот оно — проявление комплекса обманутого ожидания: когда ждёшь того, что так наверняка и не произойдёт, по всем законам не должно произойти. И ты, открывая дверь, видишь перед собой маленькую девочку, робко идущую к тебе, как на экзамен. И, как всегда, проваливаю его.

Боюсь тебя, потому что я уже не принадлежу сама себе, ты — мой создатель-ваятель, а лепишь ты подчас грубо-нежно, креативно и талантливо. Но мне больно, я разрешаю тебе делать больно, а потом как побитая собака возвращаюсь домой. И от счастья-боли плачу, пишу письма, объясняюсь в любви человеку, который, может быть, вовсе и не любит меня, а пьёт меня, пока не утолит жажду. И я разрешаю и пить, и мучить, и целовать…

Боюсь тебя во мне — выпирающего из моей тонкой, нежной душевной кожи, ты рвёшь меня изнутри, от этого всё горит. А поделать ничего не могу, ведь люблю тебя до безумия. До такого безумия, о котором ты даже не догадываешься, я стараюсь спрятать его, как округляющаяся героиня твоего рассказа — свой животик. Хочу, чтобы ты видел меня красивой, цветущей, а не страдающей, томящейся в своих мыслях-паутине о тебе. Каждую секунду ты меня строишь и ломаешь, когда захочешь — для этого тебе стоит всего лишь поднять телефонную трубку и сказать: «Доброе утро!» И я сломалась, вывернулась, растаяла…

Я боюсь тебя, потому что наверняка знаю — сейчас опять сломает! И ты ломаешь, когда уже достроив, а когда и на полпути к последнему этажу! Я живу в постоянной ломке. Выдержу ли? Если нет, то меня ожидает — забытье, полнейший хаос на факультете, дома, потеряю-растеряю оставшихся друзей, стану, наверное, голышом ходить по дому, перестану чистить зубы! Всё равно, начхать, падать ниже некуда: предел — дно. В общем, буду ходить уже как вампирша, боящаяся света, и просить тебя вбить мне осиновый кол прямо в сердце! Просить-унижаться, чтобы ты сказал, набрался сил и признался, что не любишь и не собираешься быть-жить со мной. А пока я ломаюсь и всё же тешу себя мыслью, что любишь, думаешь, мечтаешь…

Ну вот, опять сломалась! И ещё раз! И ещё! Ещё… Кап-кап-кап.

Люблю тебя, ломай, если надо, строй, если надо! Только не оставляй! Можешь даже на моё «Я тебя люблю…» отвечать: «А я — нет!» Ведь всё равно — проглочу, поперхнусь, но переварю! Плохо — это когда тебя нет! Лучше ломать, чем равнодушно наблюдать! Приди и сломай меня! Я так хочу, потому что люблю бесконечно! Если больно — значит живу!

Целую бесконечно!!!

Твоя Алиночка.

Aline, 11 февраля, 23:55 (Спокойной ночи!)

Алина, малышка моя, спокойной ночи! Бесконечное спасибо за письмо!!! Читал и возникало ощущение, что мы в объятиях друг друга и целуемся…

Спи, родная! Приснись мне! Целую!

Алёша.

Моему Лёшеньке, 12 февраля, 21:12 (Почти валентинка.)

Миленький, солнышко моё, месяц ясный… в общем, самый желанный, любимый, дорогой! Целую тебя крепко-крепко. Бедненький, ты устал, наверное, и в Инет времени нет заглянуть! Кладу голову тебе на плечо, вдруг поможет! Кстати, я тоже в некоторой запарке: надо срочно закончить статью в нашу факультетскую многотиражку. Между прочим — передовица ко Дню св. Валентина. Но, даже работая, я непрерывно думаю о тебе. Вернее, работа и ты слились. (Чтобы не гадал, о чём речь, в постскриптуме приложу сокращённый вариант своих размышлизмов — самую суть из этой статьи.) В мыслях один Лёшечка — Единственный Святой, точнее монарх, безгранично властвующий в моём сердце. Надеюсь, когда немного разгрузишься, увидишь в своём ящике мой виртуальный след — маленькое послание, и улыбнёшься. Посылаю вместе с ним свой пламенный привет и пребольшущий сочный поцелуй — губы в губы, душа в душу! Мои губы — почта любви, поцелуй — письмо, адресат — ты, ты и только ты! Побереги себя! Я за тебя беспокоюсь! Твоё здоровье не стоит всей этой суматохи! Скучаю! Жду!

Целую сначала в одну щёчку, потом в другую, в ладошки, шейку, в губки… Зацеловываю тебя!

Бесконечно преданная тебе Алина Д. (!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!) Звучит, а?!

P.S. Кстати, твоя повесть «Казнь души» мне безумно нравится: это по мне! Я тобой горжусь и восхищаюсь — как мужчиной, личностью и, конечно же, писателем! Последнему завидую чёрной завистью! А личности — тем паче! В общем, люблю тебя всякого!

Твоя Алинуська.

P.Р.S. Обещанное:

КАК Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ

Души встречаются на губах влюблённых. Это я знаю точно, потому что — ЛЮБЛЮ! Я просто по-сумасшедшему люблю самого прекрасного мужчину на свете — мужчину с глазами-агатами… Любовь… Вселенная, уместившаяся всего в шести буковках русского алфавита, и этот мягкий знак — прекрасная роза вечности. Любовь — это поэзия, окрыляющая, уносящая в мир, где всё дышит стихами. Влюблённый человек постигает новую философию общения — говорит глаза­ми, жестами, прикосновениями… Ах, как мой мужчина умеет нежно обнимать!.. «Я тебя люблю!» — три слова, ради которых сто­ит жить, страдать, умирать, возрождаться. Любовь… ЛЮБОВЬ… ЛюБоВь… ЛюбоВЬ… люБОвь… Сладкое слово с привкусом хурмы.

Циники утверждают, что любовь — это всего лишь химические процессы в организме, которые провоцируют сексуальное возбуждение и только. А медики, вот уж умора, вообще придумали, будто существует вирус любви, кото­рый живёт в организме не более трёх лет. Ду-ра-ки! Я, например, точно знаю, что буду любить своего мужчину с глазами-агатами всю свою жизнь, до самой смерти, всегда и бесконечно… Встреча с ним — главное, что случилось в моей жизни, и я так счастлива!

А вообще, истинная лю­бовь не требует клятв и доказательств. Главное, говоря избитую фразу «Я тебя люб­лю!» — искренне смотреть в глаза, посылая эти слова прямо в душу почтой-поцелуем, ведь души встречаются на губах влюблённых! Кстати, о почте — не забудьте отправить своим возлюбленным валентинки! Я своему любимому уже приготовила-написала: ах, какие там слова-признания! Ведь я так его люблю — больше жизни!

Депрессия, страх, одиночество — всё растворяется в любви, в этом таинст­ве души и тела. Я наконец-то испытала это сама! И поэтому готова крикнуть на весь мир: как я тебя люблю!

Влюблённая Алина ЛАТУНКИНА.

Aline, 12 февраля, 23:08 (Умаслила!)

Ну, Алинушка, удружила! Умаслила! Облила толстым слоем бальзама мою честолюбивую писдушу (получилось почти матерно, а я имел в виду — писательскую душу)! У тебя из сердца (есть, оказывается, сердце-то!) добрые слова вырвались… Спасибочки, счастье моё! Я и сам очень ценю «Казнь души».

Одним словом, умаслила. Обещаю за это обцеловать тебя от пяточек до… Короче, на месте разберёмся!

Целую и сейчас — взасос (на экране монитора след остался!)

Алёша.

P. S. Твоя передовица-признание — класс! Спасибо за бесстрашие!


Моему Лёшеньке, 14 февраля, 23:13 (Спасибо за всё!)

День праздничный сегодня прошёл замечательно (вкусно и много покушали, нацеловались-намиловались, наговорились и намолчались), продуктивно (многое друг о друге узнали), красиво (спасибо за великолепные розы, они и сейчас помнят о нас — там, в НАШЕМ доме)… В общем, благодарна тебе за всё! В первую очередь благодарю судьбу за тебя! Хотя мне тоже следовало бы, как и ты, пожаловаться на свою «пленную житуху», но сегодня не тот день! Да и вообще хватит скулить! Пока ситуация такая, какая есть, жаловаться я не имею права (пленных не спрашивают)! Люблю тебя одного! Ты слышишь — БЛАГОДАРНА ТЕБЕ ЗА КАЖДУЮ ПРОВЕДЁННУЮ С ТОБОЙ СЕКУНДУ!

Пленная Дымка.

Aline, 15 февраля, 15:07 (Почему???!)

Алина, ты и не хочешь со мной сегодня общаться — почему бы это???

Грустно.

Алексей.

Моему Лёшеньке, 16 февраля, 8:18 (Прости!)

Прости!!! У меня вчера был «банный день». Это я так называю душевный онанизм. Ты вчера и позвонил в самый час-пик, когда я в ванной слезами (даже рыдала — вот, глупая!) да горячей водичкой обливалась. Интересно, как я вообще разговаривала — ведь было, как это пошло ни звучит, «состояние нестояния». Вечерком я это выразила в маленьком стихотворении:

Горла рупор тоской провачен,
взгляд слезою туманной склеен —
это я где-то тихо плачу,
причащаюсь, себя жалею.

Хочется иногда себя пожалеть, понимаешь?

Котик мой! Ты уж прости меня, засранку (и за это слово прости)! Просто я очень сильно тебя люблю, а ты — несвободный и не мой! Поэтому клинит!

Целую-перецеловываю.

Дымка.

Aline, 17 февраля, 22:52 (Прокол.)

Алина, звонил с одной целью: сказать-предупредить, что иду из универа пешком, чтобы ты через 10 минут выскочила на минутку из дома, я бы тебя на ходу нежно поцеловал и отправился, взбодрённый, дальше… Красиво было задумано, но… Кое-кто был в ванной или ещё где, и фокус не удался…

Эх ты! (Шучу, конечно.)

Алексей.

Моему Лёшеньке, 17 февраля, 23:16 (Ё-маё — не знаю, как это пишется…)

Сейчас сердце разорвётся! Лёшенька мой, дорогой-разъединственный! Всё, рана смертельная — прямо в сердце! Никогда себе не прощу это чёртово водное путешествие! Целую тебя буквами-знаками-многоточиями…

Прости дуру! Твоя Алина, которая в ауте.

Aline, 17 февраля, 23:53 (Ё-моё.)

Алина, милая! Голубчик… (ладно, так и быть — голубица!)

Ё-моё — пишется так. О помывке не жалей — мыться надо. Если признаешься и поклянёшься, что в ванной думала обо мне и даже нечто скоромное (??!!), так и быть — прощу и даже одобрю, ибо не так важен телесный контакт, как духовный, дочь моя! (Это я в роли падре, а не папаши — не перепутай!)

Алексей (подписываюсь, как обещал, строго и без экивоков).


Моему Лёшеньке, 17 февраля, 23:58 (Оооооо!!!!!!!)

Грешна, падре! В мыслях возлюбила я своего Алексея и духовно, и телесно, ибо он для меня и мой рай, и мой ад, да и я, признаться честно, хочу быть и святой, и порочной! Люблю его любовью нестерпимо сладкой…

Сна тебе самого сладкого, нежного, конечно со мной в главной роли! Я тебе покажу, что такое настоящая сказка. В общем, сама уже зеваю, да и постель зовёт своим цветастым языком — аппетит ночной предвкушает. Ты тоже, милый, заходи ко мне в сон. Сначала я к тебе, а потом ты ко мне. Но я тебя не отпущу! Посажу в клетку-темницу своей памяти. Будем вместе там предаваться любви…

Так, если я продолжу, ты, видимо, спокойно уж точно не уснёшь! Да и я… Хотя я о тебе мечтаю каждую секунду!

До встречи, мой ненаглядный! Приятных сновидений! Я всегда с тобой!

Отчаливаю в НАШ сон! И ты не запаздывай!

Твоя Алина.

Моему Лёшеньке, 18 февраля, 21:39 (:-)

Животик рАзвязывАется — крАнтик скоро откроется! ДА, действительно, хорошо живём! В душе — мАй, птички поют. Если бы не живот — было бы полное ощущение свободы и лёгкости! АлексеюшкА ты мой! ЗнАешь, о чём я сейчАс подумАлА — мы ещё не ели вместе мороженое (А ты о нём уже двАжды говорил — вообрАжение провоцировАл). ДАвАй в субботу (или воскресенье) купим целое ведёрко и будем тАять вместе. ЛАды?

А вообще, спАсибо зА вечер, ты был тАким милым, нежным, зАботливым, А я (несмотря нА дятлА в голове) — счАстливой! Ты хоть понимАешь, что делАешь меня счАстливой!!! ВспоминАю сейчАс тебя в нАшем доме, особенно нА фоткАх, где ты не мой, но тАкой родной и этА сопричАстность к твоей прошлой жизни делАет меня ещё счАстливее!

НАдеюсь, зАвтрА увидимся, если нАдумАешь пройтись до универА вместе — предупреди.

Люблю, А знАчит, живу!

ЛюбящАя и живучАя АлинА.

Целую-меряю губАми, глАзАми, рукАми и всем, чем возможно.

P.S. ФишкА письмА: в кАждой букве «А» — мой поцелуй: лови!!! Всего — 62 поцелуя-выстрелА. ВнимАние! Ты смертельно рАнен прямо в сердце!

Aline, 18 февраля, 23:12 (Ну и А!)

Алина, спасибо, роднуля, за поцелуи-«А»!

Сообщаю, что завтра я буду на факультете вероятно целый день, посему — заказывай: какой йогурт тебе купить на обед (или что другое)?

Дома выдержал прессинг, но — победил…

А. А.

Моему Лёшеньке, 19 февраля, 21:59 (Мысли вслух — в четырёх частях.)

Доброй ночи, моё чудо!

1. Завтра буду целый день думать о тебе. А сегодня — засыпать с мыслью-воспоминанием, как ты меня целуешь… В общем, и сегодня, и завтра, и послезавтра, то есть каждый день в энной степени, на повестке дня — ты, в главном меню — ты, в жизни моей — ты.

2. У тебя просто очаровательнейшая улыбка, закрываю глаза и вижу, как ты смеёшься… И сама улыбаюсь тебе. Прошу тебя, свети мне всегда! Не то «завянут мои ромашки без солнца твоих тюльпанов». Это я уже себя любимую цитирую-интерпретирую — хотя в данном контексте эти строчки воспринимаются несколько пошловато: ромашки, тюльпаны… тычинки, пестики… Васьки, Матрёны… Так, сворачиваю куда-то не туда! Не подумай, что я повёрнутая на этой теме, просто иногда хочется тебя ущипнуть, чтобы ты расслабился, отвлёкся (от «рыжего террора» — Д. Н.), читал мои строки ОБ ЭТОМ и улыбался (мысленно произнося своё фирменно-серьёзное «Алина!»). Взбодрить тебя хочется! А слова «суксуально-еротическага» характера помогают мне в этом.

3. Ты знаешь, как я была рада увидеть, встретить тебя сегодня вечером — на остановке! Безумно рада! Представила, что когда-нибудь потом я буду ждать тебя вот так, только уже домой, в НАШ ДОМ! Эх, мечты!

4. Жду-прежду тебя, твоего голоса… Всего, что связано с тобой! Измеряю-грею всего моего Лёшеньку губами. Я тебя люблю! I love you!.. Если концентрировать моё сверхчувство — перелюбливаю: то бишь люблю с приставкой «очень-очень»!

Я. Голубчик.

Aline, 19 февраля, 23:36 (Схожу с ума!)

Всё, ОНЕ захрапели позади меня. А до этого минут 20 возюкались-стелили-переодевались и пр., заглядывая через плечо моё на монитор…

Бог с ней! Тут другое мучает… Впрочем, не буду тебя огорчать!

Лучше я скажу тебе глубоко прочувствованное, продуманное и выкристаллизованное: я, наверное (?!), не могу НЕ думать о тебе. А это уже болезнь. Это — патология. Это — сладкое, но умопомрачение… Всё это можно выразить короче: не исключено, что я СХОЖУ ПО ТЕБЕ С УМА! А хорошего в этом, надо полагать, ничего нет. Эхма! И-и-иех! О-хо-хо! Ух-ху-ху! (Как ещё вздох графически изобразить — не знаю!)

Про «Матрён» и «Васек» шуточки пре-кра-тить!!! «Неснятое возбуждение чревато неприятными последствиями!..» (Приап).

Ещё, голубчик мой, можешь ответить на эту писульку (??!) до 23:45, да потом — попрощаемся до завтрева.

Алексис.

Моему Лёшеньке, 19 февраля, 23:44 (Ночное.)

Обожаю тебя!!! Отвечать-спрашивать (про то, что мучает) времени, наверное, уже нет. По телефону завтра утром пообщаемся — угу?

Люблю, люблю и тоже схожу с ума! Целую. Спокойной ночи, мой милый!

Твоя Алиночка.

Моему Лёшеньке, 20 февраля, 22:26 (Дышу и не дышу.)

Радость-грусть моя! Вечер сегодня по-особенному лиричный, рассказы твои, что ли, грустью-сплином мысли обволакивают — не знаю?! Лирик в тебе, бесспорно, бунтует-вырывается — родная душа! От «Удушья» безысходность какая-то щемящая сердце буравит… Да-а-а-а… вся наша прекрасная страшная жизнь — асфиксия… Сам не успеешь удушиться — жизнь удушит! Кажется, мой градусник настроения очередную синусоиду совершает!

Как мне хочется тебя, мой милый, сейчас обнять! Почувствовать тепло твоих ладоней и перебороть удушье — снова научиться дышать, дышать по-новому! Буду ждать завтра этого мгновенья, а пока не дышу… Любить, правда, никакая асфиксия, не разучит, а вот дышать…

Люблю. Скучаю. Философствую. Научи дышать, без тебя — смерть, пустота.

Твоя Дымка.

P.S. Раз воздух потерял адрес моих лёгких — так поцелуями задышу. Целую. Целую. Целую. Целую. Вот и задышала!

Aline, 20 февраля, 23:11 (Люблю — дышу…)

Родная моя Дымка, хочу серьёзно и в последний раз предупредить: за такие письма-мэйлы, как это — я тебя готов зацеловать и зацелую при первой же возможности до умопомрачения… Твоего или моего, или обоих сразу!

Спасибо, девочка моя! Я, конечно, тоже целую и сейчас (мысленно) и думаю о завтрашней встрече (дай Бог!).

Пока прощай! Чего-то я рассюсюкался, а это нехорошо, неладно, не (как вы, молодые, выражаетесь) клёво…

Чудовище.

Моему Лёшеньке, 20 февраля, 23:18 (Задышала!)

Ночи-то доброй я, надеюсь, успею тебе пожелать! Снов тебе самых дымчатых! Люблю тебя! Всё остальное скажу завтра (о том, как я тебя обожаю, боготворю, как ты мне нужен).

Целую, мой Лёшечка!

Я.

Aline, 20 февраля, 23:26 (Не отвлекайся!)

Алина, я буду в эфире (вернее, выйду напоследок в 0:30), так что, если захочешь что-либо ужасно важное (нэжное, ласкавае, вазбуждающае!!!) написать — напиши. А пока не отвлекайся — читай ХОРОШУЮ прозу…

Недостойный.

Моему Лёшеньке, 21 февраля, 0:08 (Длинное-томное-нежное-ласковое…)

Лёшечка-Лёшенька! Ночью, когда луна выворачивает меня всю наизнанку, пишу-дарю тебе самые сокровенные строки! Ты в моей жизни появился неслучайно, за это судьбе просто громаднейшее спасибо! Почему неслучайно — потому что я предчувствовала, что появится человек, которому отдам себя без остатка, «всю — до грамма» (моя стихотворная цитата). Как будто в воздухе уже был этот дурманящий привкус: привкус твоего поцелуя — медового, бездонного. И я жила, как в тумане, будто организм переживал инкубационный период — некая предлюбовь. И вот в универе появился ты — мужчина, которого я сразу (!) заметила и (помнишь?) чересчур громко поздоровалась, на что ты неуверенно ответил: «Здрасьте», — меряя меня оценивающим взглядом. А когда я у одного знакомого доцента (не скажу тебе — кто это) спросила: «Что это за мужчина?» — он ответил: «Домашнев — новый завкафедрой литературы и писатель. Ты будь с ним осторожна, он до женскага пола… Как-то даже признался мне, что, мол, страшный я бабник…» (Да-да это слова того доцента!) А я подумала: «Да-а-а, страстный мужчина, и есть в нём какая-то особенная грусть и магнетическое обаяние». А потом это интервью — глаза в глаза. А вскоре — первое прикосновение, как током, прострелившее меня до самых косточек. Ну а дальше, ты всё знаешь сам. И ещё — твой творческий вечер, и моя гордость, счастье за тебя, человека, который почему-то казался таким родным!

В общем, нежный избранник мой, суженый, единственный МОЙ мужчина! Никакие атмосферные и оккультные вмешательства тут ни при чём! Просто я тебя ЛЮБЛЮ и это не влюблённость какая-нибудь, не дурман-колдовство!

Не отдам тебя никому (страшно признаться, но я собственница!). Буду любить тебя, стараться-тужиться сделать тебя счастливым, стану девочкой-женщиной, любовницей, соратницей, единомышленницей, музой, другом, женой, богиней, рабыней… — кем только захочешь! Я счастлива, когда ты счастлив!

Нежно-нежно прижимаюсь к тебе каждой буковкой! Верь мне, будь-стань моим, и мы вместе создадим-построим-обживём с тобой свой маленький мирок, где есть только ты и я! Хочешь? Я согласна!!!

Любимый-разлюбимый! Если ты присутствуешь при моих душевных родах (которые прошли благополучно, без эксцессов) уже в 0:30, то я, видимо, уже лежу в кроватке с выключенным светом и думаю о тебе, не отдаюсь ещё любовнику-сну, хочу надуматься-насытиться тобой, чтобы приснился мне сон — светлый и тёплый, где мы вместе и жизнь прекрасная (а не страшная, как в реальности). Жажду с утреца прочесть твой ответ на моё письмо-исповедь. Как только проснусь — выйду в Инет, и, надеюсь, хорошее настроение умножится как минимум в два раза!

Люблю тебя, мой голубчик! Поцелуями тебя укутываю. Спи, солнышко! Я рядом, всегда рядом.

Твоя Алиночка-пеночка-Дымочка…

Моему Лёшеньке, 21 февраля, 21:51 (Мечтаю о тебе, думаю о нас.)

Лёша, день и вечер были просто восхитительными! С тобой рядом я цвету, живу, творю, познаю… Моя комната мне показалась сейчас такой уютной — моей, родной, маленькой вселенной. Как бы я хотела, чтобы это ощущение согревало меня в моменты, когда грусть-тоска перетягивают лёгкие жгутом безысходности, непонимания. Самое страшное одиночество — одиночество среди людей, тем более близких людей. Из комнаты в комнату ходят они, разговаривают о чём-то, пьют чай, смеются, а ты — вне этой приятной суеты, думаешь о своём, живёшь другой жизнью и оживлённость, что вокруг тебя — мертва, нема, неощутима. Вот так я сидела сейчас в зале: родители о чём-то балакают, меня пытаются втянуть в разговор, а я зависла на другом уровне, где мне хорошо, тепло, куда меня тянет, зовёт — К ТЕБЕ!!! Когда эта раздвоенность заплетётся в одну прочную косу-линию — нашу ОБЩУЮ с тобой жизнь, тогда не будет никаких других уровней, зависаний… Идя с работы, я буду знать, что где-то меня ждёт МОЯ ЗЕМЛЯ, мой островок счастья-уюта. Этой мыслью я теперь и живу. И хочу, чтобы ты жил.

Если мы сегодня не встретимся на Интернет-перекрёстке — желаю тебе приятных снов! Мечтаю о тебе, думаю о нас… Для того, чтобы спалось крепче-слаще — прими мой поцелуй на ночь, как положено, в трёх экземплярах!

Алина.

Твоя настоящая жена.

Aline, 21 февраля, 23:42 (Вот он — я!)

Алинусь, я — тута! Еле-еле оторвался от Фаулза, чтобы впитать (фу, ну и слог!) вот это твоё письмецо (ещё одно фу!). Ладно, буду писать построже: спасибо, девушка, на добром слове, утешила, побаловала! А всё ж таки не одобряю, что от родных отгораживаешься, неприязнью к ним точишь сердце своё (это уж совсем чёрт знает что за лексика попёрла — прости!).

Ладно, голубка моя, если на полном серьёзе, ты меня делаешь всё более и более счастливым. Ты заставляешь меня быть лучше, чище, ДОСТОЙНЕЕ… Буду стараться соответствовать. Клянусь!

Напиши мне ещё пару горячих строк и — попрощаемся до завтра, хорошо?

Целую крепко-крепко — до перехвата дыхания!

А.

Моему Лёшеньке, 21 февраля, 23:51 (О важном.)

Родителей я люблю, но одинока у себя дома, будто это не дом мне вовсе.

Ладно, давай о лирике — день сегодня ты подарил мне поистине лиричный! Спасибо! Влюбляюсь в тебя всё больше и больше — и в писателя тоже! В общем, очень скоро проглочу тебя в свой желудок-разум (сердцем ты уже проглочен), и… кранты! Придётся тебе на мне жениться!

Целую. Обожаю. Ответь чего-нть!

Жена. (Так теперь решила подписываться.)

Aline, 22 февраля, 0:18 (О сверхважном!!!)

Алина, родная моя, милая и ненаглядная!

Не надо подписываться «жена». Лучше — «твоя» или — «единственная»… А ещё лучше — Алина или Дымка. Мне это очень нравится! «Жена» — ТЯЖЁЛОЕ слово. Да и у меня (забыла?) формально-официальная жена как бы есть… Ты меня понимаешь?

Это моё мнение. Не вздумай обидеться! Конечно, можешь подписываться — как хочешь. Мне главное — чтобы писала ТАКИЕ письма, КАКИЕ пишешь…

Ещё дождусь ответа и — спать. Умираю от желания спать. (Помнишь, я уже ТАМ задрёмывал?) Это, кажется, называется авитаминоз и ЧРЕЗМЕРНЫЕ нагрузки…

А.

Моему Лёшеньке, 22 февраля, 0:26 (Ладно, уж так и быть.)

Ладно, от «жены» отказываюсь (размечталась!). От фамилии твоей тоже отказываюсь. В общем, от всего, что тебе не нравится, кроме, разумеется, САМОГО ТЕБЯ!

Снов тебе, милый, самых сладких, вкусных, калорийных… Завтра жду какого-нибудь да привета от тебя! Всего-всего!!! Обцеловываю (сейчас завою — у-у-у-у…)

Просто Я.

Моему Лёшеньке, 22 февраля, 23:51 (Стыдно.)

Спокойной ночи, Лёша!

Люблю. Грустно и тошно (не в прямом смысле!) просто «до опупения» Да и ты, по-моему, разозлился. Прости меня, что:

1) такая маленькая для тебя, 2) веду себя отвратительно (самой противно), 3) за то, что я порчу тебе жизнь…

Тем более, что сегодня Прощёное воскресенье!

Целую. Прости меня, пожалуйста. Кап-кап-кап…

Алина.

Моему Лёшеньке, 23 февраля, 20:41 (Э-э-эх!!!)

Любимый мой! Во первых строках своего письма признаюсь тебе ещё и ещё раз — БЕЗ ТЕБЯ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ СВОЕЙ ЖИЗНИ!!!

Алексей Алексеевич, радость ты моя ненаглядная, манна небесная, жду не дождусь, когда увижу тебя. Как здорово, что мы учимся-работаем в одном здании и я могу видеть тебя почти каждый день!

В общем, дай Бог, обнимем-поцелуем друг друга завтра в Доме знаний (как иронично называет универ моя подруга Ленка).

Лёша, не зевай от моего стиля-зануды, лучше напиши мне что-нибудь этакое, что можно выпить взахлёб — вместо чая.

Твоя ненаглядная.

Aline, 23 февраля, 22:20 (Не грусти!)

Алинка, чувствую — грустишь! Не понимаю я тебя. Были вместе сегодня? Были! Не поссорились? Нет! Хорошо нам было? Вроде бы — да! (?) Будут впереди встречи? Несомненно! Думаешь ты обо мне сейчас? Вероятно — да! Я о тебе думаю? Спрашиваешь!!! Ну, чего нам ещё надо??? Чего грустить-то??!! Даёшь праздник на душе и в прочих частях тела (тел)!

Выше нос, моя светлая радость! Люби меня, как я тебя, и всё будет офигенно!

Целую в щёки, нос, губы, плечи, локти, животик и… Одним словом, целую!

Оптимист Лёша.

Моему Лёшеньке, 23 февраля, 22:28 (Всё замечательно!!!)

Лёша, Лёшечка, Алексеюшка, ты что, не понимаешь, что грусть-то светлая, наисветлейшая!!! Просто иногда мне хочется тебя обнять, чмокнуть, шепнуть… И я жду этого мгновения, как свежего воздуха ждут слежавшиеся лёгкие, — поэтому грустно, что ты и есть у меня, и нет одновременно! Всё просто замечательно! Люблю тебя. Завтра буду любить ещё сильнее.

Твоя Алинка.

Aline, 23 февраля, 22:45 (Вопросики.)

Алина, у меня к тебе вопросики — малюсенькие, с усиками:

1) Зачем ты с компа (Outlook’a) отправляешь помимо основного письма ещё и копию? Нэ нада! Эта лышнэе.

2) Почему это ты завтра будешь любить сильнее, чем сегодня? Это что за деление-подразделение любви на вчерашнюю, сегодняшнюю, завтрашнюю?.. Не путай наши отношения, вернее — не запутывай! Любовь — ОДНА-РАЗЪЕДИНСТВЕННАЯ, только на двоих.

Вот тебе философемочка — обдумывай!

Дж. Фаулз.

Моему Лёшеньке, 23 февраля, 23:07 (Ответики.)

Котик!

1) Подскажи, где копии-то эти отключить!

2) Завтра буду любить сильнее, потому что безумно соскучусь и прольюсь прямо в твоём кабинете (наверное, тогда мне полы мыть придётся! Хм-м-м…) А пока нерастраченная нежность копится-томится. Хотя, наверное, мне слабо забыть про весь этот факультет, послать всех… и зацеловать-заобнимать тебя! Впрочем, никогда не говори никогда. Моё чувство к тебе множится-растёт — в результате продырявит небо, и я превращусь в чистую энергию любви — дао Любви! (Это я философемствую!) Может, я чё не то горожу, а?

Твоя Алинка.

Моему Лёшеньке, 24 февраля, 21:35 (Душа моя…)

Душа моя, Достоевский-Фаулз ты мой, те, которые Фёдор Михайлович и Джон Роберт! Нет! Домашнев, тот, который Алексей Алексеевич, тот, который обожаемый, любимый, единственный, неповторимый, гордость моя и трофей (?!).

Да здравствует НТП!!! Установила себе IE-6. Даже значки программ до чего милые: объёмные, нежно-голубенькие, симпотные, напоминают «икспишный» интерфейс (Windows XP) своей креативностью (эх, словечко!). И ещё одна радость — в «Параметрах» Outlook наконец-то появилась новая закладка «Уведомления» (в старой версии её не было). Мелочь, а приятно (главное — удобно!).

Теперь о любовных новостях.

Во-первых, получи порцию моего фирменного блюда-десерта (новая привычка-традиция!): Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, ТОБОЙ ЖИВУ, ВСЕ МОИ МЫСЛИ О ТЕБЕ…

Во-вторых, появление ТЕБЯ в моей жизни дало (даёт и будет давать!) моему творчеству такой заряд, что аж подошвы мысли плавятся-шипят от накалённости любви-асфальта. Ты — мой… Муз (то бишь Муза мужского рода).

В-третьих, ушла я в эту любовь-гипернежность вся: головой, сердцем, рукой, ногой, всеми тремя глазами…

Ты — мой цветочек сирени с пятью лепестками, тебя мне небо послало как великую награду за какие-то непонятные труды-потуги, поэтому до сих пор не пойму: за что мне такое счастье… В общем, как поётся в песне: «Лёша, Лёша, милый Лёша, на край света я с тобой!»

Вот таки дела!

P. S. Черкани мне чё-нть прозаическое, но только непременно со своей фишкой — лирикой. Дай Дымке хоть чуть-чуть — одного поцелуя-письма.

Твоя.

Aline, 24 февраля, 23:52 (До личного ли?)

Алина, только что узнал, что у нас в стране произошла мягкая революция (то есть — бархатная, правильнее): премьер-министр слетел со своими подельниками, а ты о личном, о поцелуях…

Впрочем, и правда, что нам до их игрищ? Целую, милая! Целую-чмокаю, раскрасавица моя! В кончик носа, в губки и…

Пока — обрыв!

Алексей.

Моему Лёшеньке, 25 февраля, 21:56 (Вьюсь.)

Опять вьюсь!!! От нежности… Хочется расти и врастать в тебя… Может, повьюсь-повьюсь, начну развиваться внутри тебя, вплетусь в вены и… вот впереди мне откроется заветный живой храм — доберусь до самого сердца, «запаутиню» его, и ты станешь ВЕСЬ МОИМ, потому что сдастся твоё сердце!!! Есть у меня шанс прорасти в тебя?

Эх, придёт же такое в голову?! Признаюсь тебе ещё в одном: очень бы хотела стать для тебя Ариной из твоей повести (точнее, быть на её месте) — глупо конечно… Но любил ты её (надеюсь, я правильно произношу этот глагол в прошедшем времени?!) по-настоящему — так, как можно только мечтать-грезить любой девушке. И я не исключение.

Ладно, отругай меня, если я чего и где не так… Люблю тебя — сильно-сильно, поэтому от набранной скорости заносит иногда в сплин-философию.

Обцеловываю тебя — нежнее и пламеннее, чем сегодня в твоём кабинете (!!!!!!!!!!!!!! — пристанываю, когда вспоминаю).

Бесконечно твоя Дымка.

P.S. Сегодня в 23:00 буду «блистать» на ТВ «Парнас».

Aline, 25 февраля, 22:15 (Развиваюсь /?/)

Алина, здравствуй!

В первых строках своего письма спешу сообщить, что слова твои горячие, как всегда, легли на мою душу… Хорошо, лепо, в аккурат! В ответ могу сразу сказать: сам горю, сам пылаю, сам во всяких мечтаниях, как в горячем сиропе!

Во вторых строках ставлю тебя в известность, что финал «Волхва» меня, можно сказать, разочаровал и поверг в уныние: всё равно что в хорошей песне дать петуха в последней строчке… Наивно и даже глуповато. Лучше бы не дочитывал!

В третьих строках хочу признаться, что собирался в 23:30 отрубаться, ибо чую тоску сонную в организме, но теперь, конечно же, буду смотреть «Парнас», вернее, конечно, тебя — красоту мою ненаглядную, голубку сизокрылую, малышку бесконечно любимую (sic!)…

Пока вот и всёканьки. Целую в пупочек! И чуть выше! И чуть ниже…

Ответ от тебя (если будет) увижу после телека, отвечу одним-двумя словами и — сковырнусь в постель. Уж прости!

Волхв.

Моему Лёшеньке, 26 февраля, 21:22 (Love)

Лёшечка! Представляешь, животик примолк, и можно сказать, что я даже комфортно себя чувствую! Вот это номер! И никакая ампула не нужна. Люпофь, видимо, так благотворно действует — обезболивающе.

Котик ты мой потягивающийся, кошечка твоя (это я!) мурлыкает себе дома — ей так хорошо, тепло, уютно. Она вся в мыслях о тебе… За окном погода раскуксилась-расплакалась, а на душе — солнышко, потому что ты у меня есть, а я у тебя. Завтра проведём день с мыслями друг о друге — чем не Интернет-Дума?! Будем и не вместе, и вместе. Руки до сих пор тобой пахнут, как мыло ни старалось — твой запах всё равно сильнее (а может, кожа просто не хочет с ним расставаться?!). Вычитала недавно умную фразу: «Уметь высказать, насколько любишь, значит мало любить» (Петрарка), — и сразу твои слова вспомнила про словесную шелуху… Я не могу молчать — чувства меня просто распирают-раздирают! И всё же КАК я тебя люблю, наверное, действительно не выразишь до конца (какого ещё конца?! — поэтесса называется, слово подходящее найти не может!). Моё чувство к тебе никакими словами-стихами не обхватишь. Не хочу растекаться мыслями по древу… Просто давай любить друг друга, греть, целовать, обнимать… Плевать на всё и всех! Мы нашли друг друга, и это главное — отнять этого у нас никто не может и не смеет! Люби меня, моё ясно солнышко! А я тебя, как смогу — пламенно, пылко, нежно, до полного поглощения-растворения.

Для полного счастья-размагничивания не хватает твоих мыслей, которые я ловлю сердечным радаром, но хочется и виртуальным ковшом зачерпнуть (да побольше и послаще!)

Жду…

P.S. Не забудь про сканирование себя любимого для меня, конечно же, тоже не менее любимой.

P.P.S. Завтра утром пойду в Инет-центр за инет-счастье платить (за всё приходится платить!), поэтому в 9:00 буду уже в пути. Если захочешь позвонить с утра — услышать, как я тебе чего-нибудь щебетну приятного и тёплого, дабы день начался по-весеннему, то звякни до 8:30 (наверно, полдевятого я и выйду), голоском своим окутай меня.

Губки твои увлажняю-омедовываю (во словцо-то!)

Твоя Алина.

Aline, 26 февраля, 22:45 (Ай лав ю!)

Алинушка, малышок мой, здравствуй!

Настроение момента — в сэбже. Могу ещё и по-немецки: ихь либе дихь!

А вообще и если вполне серьёзно, то я очень-очень рад, что ты, роднуля моя, не шибко мучаешься, что тебе, судя по письму, вполне комфортно (физически), чего и желаю на ближайшие твои «критические» 3-4 дня.

Фото отсканирую завтра (дай Бог!).

Отвечаю на вчерашний вопрос: шанс прорасти в меня у тебя есть, но… С трудом представляю (вернее — совсем не представляю!), где у тебя КОРЕНЬ??? Тут ты чего-то напутала. Давай, лучше я буду в тебя прорастать и — как можно чаще… (Фу, прости за пошлость, но уж очень хотелось сморозить-скаламбурить!)

А если опять же серьёзно, то насчёт «почаще» — как сказать, но… ХОЧУ, ХОЧУ, ХОЧУ!!!

Засим и прощаюсь, но ответика жду. У меня ещё есть 50 мин веб-времени, так что я через полчаса (в 23:30) ещё раз выгляну в эфир, дабы получить от тебя предсонную весточку-ответ.

Жду. Спасибо тебе, что ты ЕСТЬ!

А.

Моему Лёшеньке, 26 февраля, 23:26 (Я тоже.)

Сладко, сладенько, наисладчайше! Какой ты у меня, оказывается, сахарный! Спасибо! Спасибочки за эти слова-золото!!! За что меня так балуешь?! Неужели заслужила!

Люблю тебя! Спокойной ночи, счастье ты моё! Надеюсь, что завтра смогу сказать тебе своё «Спасибо!» и услышать моего родного Лёшечку!

За письмо мысленно тебя целую, отдаюсь тебе…

Твоя Дымка.

Моему Лёшеньке, 27 февраля, 15:39 (Ура!!!)

Революция!!! Мама меня начала мучить — кого люблю и что это за мужчина, который постоянно звонит… В общем, единственная кандидатура у неё — это ты. Долго я не сопротивлялась, не ломалась. На что мне было сказано: «Ты десять раз подумай, это эйфория…» Я: «Мама, это очень серьёзно, и вообще это моя жизнь…» Вот, собственно говоря, и всё. Она в курсе — тяжёлый груз с сердца сброшен. Ух-х-х!

Люблю тебя, понимаешь, и быть только с тобой хочу!!! И мама теперь это знает. Победа пролетариата!

Я.

Aline, 27 февраля, 15:15 (Чуть помедленнее, кони!..)

Алина, какая ж ты девчонка — совсем маленькая! Чуть умерь эйфорию. Наши сложности, вероятно, только теперь начнутся-раскрутятся. Думаю, стоит пока ещё всё перевести в шутку или сделать вид, что переводишь в шутку… Одним словом, чтобы ясности полной не было. Поверь, так будет лучше.

Увы, я в себе ПОКА не вижу решимости знакомиться с твоими предками… Как тебе моя нерешительность-инфантильность?

Ладно, всё так неожиданно — надо обдумать.

Вечером поговорим-пообщаемся.

Целую! Под пытками держись, как Зоя Космодемьянская.

Алекс.

Моему Лёшеньке, 27 февраля, 23:36 (Се ля ви.)

Чего предполагалось-то? Разговор? Наум Батькович было заикнулся, но я быстро всё пресекла — моя жизнь, мой выбор… Теперь оба надулись — не разговаривают.

Алина.

Aline, 28 февраля, 0:08 (Увы!)

Алина, мне чего-то неуютно. С 21:00 до 23:30 пытался переписать видеозаписи твои (наши) и ни хрена не получилось: оказывается, мой новый плеер почему-то не пишет, а на старый видик я из принципа не хотел писать… Одним словом, состояние моё представить можно (матюгаюсь на весь дом, Д. Н. сидит в комнате у матери, боится зайти ко мне, кот на диване прижал уши и притворился мёртвым). А тут ещё комп начал глючить (дважды перезагружал). А тут ещё от тебя почему-то нет письма, написанного ЗАРАНЕЕ и — доброго, ласкового, нежного, УСПОКАИВАЮЩЕГО…

Одним словом, то ли обстановка, обстоятельства действуют на нервы, то ли нервы усугубляют обстановку…

Думаю, нам лучше распрощаться до завтра. Правда, если два словечка напишешь добрых (хотя я понимаю, что у тебя настроение ещё почище моего — прости!) — я подожду пять минут.

Алексей.

Моему Лёшеньке, 28 февраля, 0:24 (Не могу!)

Увидеть бы тебя поскорее!

Душно слишком…

Люблю тебя. Спокойной ночи, мой любимый!

Aline, 28 февраля, 0:29 (Моги!)

Держись, крепись, будь, будь Зоей Космодемьянской! А вообще — это тебе пойдёт на пользу. Чуть-чуть идеализма и романтики потерять-утратить тебе надо. Уж прости, родная моя девочка-девчоночка, за нотационный тон. Ладно. Прорвёмся. И — увидимся! Нам — жить!

Спи, отдыхай, ДУМАЙ обо мне! Как я о тебе!

Алёша.

Aline, 28 февраля, 1:54 (Я думал…)

Алина, милая! Вот уже почти два ночи. Я ДУМАЮ о тебе. Думал, что и ты ДУМАЕШЬ обо мне… Опять ошибся! Горе мне, горе! Ладно. Одно утешение: что ты сейчас уже посапываешь в подушку, поджав свои детские губёшки бантиком, и шмыгаешь во сне (поди — плакала сегодня и не только от кино?).

Спи, малышка.

Неспящий в Сиэтле.

Моему Лёшеньке, 28 февраля, 12:51 (Нельзя объять необъятное?!)

Я тоже до полтретьего не спала и тоже ДУМАЛА о тебе — сильно-сильно. Так что на перекрёстке нашего чувства мы всё же встретились. В Инет не решилась спускаться — ты обещал только пять минут подождать. Я даже думала, что и мой крик «Не могу!» не поймаешь ночью… А ты меня, оказывается, двумя нежными письмами звал-призывал на свиданье. СПАСИБО! Сейчас мне твоя поддержка очень нужна. Вчера ложилась спать с мыслью «Утро вечера мудренее» и, конечно же, с мыслью о тебе… Действительно, с утра встала, потянулась, подошла к зеркалу, а там — твоя Дымка: счастливая (потому что она любит СВОЕГО мужчину), красивая (я утром себе очень нравлюсь!), нежная (вот бы тебя сейчас обнять крепко-крепко, сладко-сладко!), уверенная (ты — смысл моей жизни).

Вчера статьи твои (и о тебе) читала с твоего сайта (точнее, я их давно уже себе на комп скачала). Ах, какая мысль проведена у тебя в одной из них — очень актуальная в НАШЕЙ ситуации: «Каждый из нас пришёл в этот мир единственным и неповторимым, и никто не имеет права тебя унижать, затаптывать, уничтожать. И ещё: если человек сам не захочет поддаться, его ничто на свете сломить не сможет». Впитала, взбодрилась — жить-то действительно эту жизнь НАМ, делать выбор, отвечать за него, любить, строить своё счастье! Нет, правда, статьи блестящие — там весь ты, до деталей, манеры говорить, мыслить, шутить. Читала их и удивлялась — а ты ничуть не изменился с того времени (2001, 2002). В каждой строке, в каждом слове видно, что это ты приложил к этим статьям свои золотые, чудесные ручки (как я по ним соскучилась — расцеловала бы сейчас каждый пальчик, миллиметр! Губу кусаю!!!). Всё заполнено до отказа (аж вытекает из берегов!) тобой, тобой, тобой, Достоевским в тебе.

Знаешь, когда я первый раз с тобой заговорила (интервью брала), подумала: вот человек — если за что и берётся, то идёт до конца, шлифует себя, ограняет и становится мастером! Тогда я (признаюсь!) в первый раз и подумала: он, наверное, и любит так же! Но и не догадывалась тогда (хотя втайне и мечтала!), что мне предстоит это узнать! Люби меня — меня есть за что любить пламенно и нежно!

В общем, наговорилась-написалась! От домашнего бойкота, кажется, уже и разговаривать разучилась! Ан — нет! Кстати, у моих планы на завтра почему-то сорвались, поэтому они будут дома (что за гадство!), так что тебе опять не удастся посмотреть, как я живу. Придётся нам встретиться на нейтральной территории. Кстати, в кинотеатре сейчас идёт психологическая драма «Таинственная река» (Клинта Иствуда между прочим!) — может, сходим? Сеанс, думаю, подходящий на 14:30. Надо позвонить — узнать, есть ли билеты. Это беру на себя! Как надумаешь — пиши-звони, предлагай! Надеюсь, Д. Н. себя ведёт, как хорошая девочка! Или опять шкодничает?!

Любимый мой, свет в оконце! Трещу по швам — я вся в тебе, в мыслях о тебе, о нас! Только благодаря этому во мне быстрее регенерируются силы — сбрасывать-разрывать прирастающие с каждым днём корки негатива! Всё у нас с тобой будет ЗАМЕЧТАТЕЛЬНО!

Целую тебя, люблю, думаю, жду!

Твоя воздыхательница, поклонница твоего таланта!

Дымка.

Aline, 28 февраля, 19:35 (Объять необъятное нельзя, но…)

… пытаться надо!

Алина, безразмерное спасибо за безразмерное послание — читал с наслаждением и, что уж скрывать, душевным попискиванием (тщеславие — не дремлет-с!).

Насчёт кинА — я, в принципе, согласный: против сеанса на 14:30 МЫ, Алексий такой-то-рассякой-то, ничего не имеем. Значит, встречаемся в 14:00 в фойе?

А теперь-то вот и о главном. Я так и не понял суть вашего бойкота: ты с предками не разговариваешь или они с тобой?

У нас здесь позиция такова: после очередной грубости Д. Н. (не понравилось, что переписываю на видак твоё интервью на «Парнасе») я совершенно твёрдо заявил, что терпеть далее не намерен и что если она решает форсировать события, то я тем более, и мы будем немедленно разводиться и разъезжаться… Тут начались гадости, что, мол, правы её подружки, и я собираюсь нагреть её, так как она больше денег вложила в покупку этой квартиры и т. п. Но когда она поняла, что я не шучу и что расставание действительно вещь реальная, тон был сменён и тональность разговора: дескать, почему я не могу скрытно ей изменять, чтобы это её не травмировало и  пр., неужели я такой жестокий и пр. Короче, данный (конечно, не последний!) разговор закончился ультиматумом с моей стороны: никаких вмешательств в мою личную и вообще жизнь — ЧТО хочу смотрю и переписываю на видаке, КОГДА хочу ухожу и прихожу, с КЕМ хочу занимаюсь сексом и КОГО хочу люблю!.. Не её собачье (прости, Господи!) дело. Мы с ней просто СОЖИТЕЛИ, СОСЕДИ, волею обстоятельств живущие в одной коммунальной квартире и ведущие общее хозяйство. После этого она порывалась пару раз продолжить разговор, но я наотрез отказался — не хочу, некогда, я всё сказал!.. Поведение пока сносное: даже постелила коврик в туалет, что раньше наотрез отказывалась делать (мол, коврик испачкает её дурацкую новую плитку).

Вот пока такие пироги со смаком.

Целую!

Алексей.

Моему Лёшеньке, 28 февраля, 23:18 (Обо всём.)

Спасибо за огроменное письмище (да нет, письмище — это грубо, послание — тоже не то, в общем, весточка от любимого, такая долгожданная!) Так много информации и попутных вопросов-ответов. Постараюсь разобраться.

1. Как ты с Д. Н. ТАКОЕ вынес?! Да, революция похлеще моей. У меня бойкот вроде как сошёл на нет. Кто с кем не разговаривал? Они молчали, а я им подыгрывала. Обоюдная тишина. А к вечеру заулыбались даже — прикинулись шлангами: а что им ещё остаётся?! Знаешь, я, по-моему, начинаю понимать прелесть этого вакуума-затишья. Ты, только ты в мыслях, а то, что внешне — всего лишь оболочка! Сегодня целый день это практиковала. Читала, полы мыла, музыку слушала, голову мыла, телек смотрела… А в сердцевине, на главном пути думы-дела — ТЫ!

2. С кино — решено. Правда, за качество кинА не отвечаю — но больно уж заманчиво и название, и режиссёр, и то, что драма (да ещё и психологическая!).

3. За «люблю» отдельное спасибо и букет поцелуев — принимай! Слов нет (хотя нежности хватит отблагодарить)!

4. В 0:30 жди — приду на свиданье, хотя «прикид» не праздничный: спортивные штанишки (правда, с интимным сюрпризом!) и х/б футболка, зато глаза горят, губы зовут, а сердце — музыка!

5. Люблю бесконечно! Осталось пожелать моему любимому спокойствия, душевного комфорта, штиля (дома) — остальное я завтра подарю-добавлю! Целую. Обнимаю сильно-сильно. До ночи! Стели Интернет-постель!

Твоя Любимая. Алиночка-Дымка.

Aline, 29 февраля, 0:10 (Угу!)

Алинка! Успела ли посмотреть кассету со «Свадьбой лучшего друга»? Фильм должен тебе понравиться — люпофь, люпофь, одна люпофь!

Жду тебя в 0:30 — в штанишках или без (лучше — без!), нежную, ласковую, родную, МОЮ! Алинка, правда, ну за что ты в меня влюбилась, а?!! Я этого НЕ ЗАСЛУЖИЛ! И от этого подарок судьбы ещё СЛАДОСТНЕЕ, ХМЕЛЬНЕЕ, ОБАЛДЕННЕЕ…

Жду!

Чмок! Чмок!! Чмок!!!

Ужасный Гудвин.

Aline, 29 февраля, 23:56 (Здравствуй!)

Алина, родная моя, не думал, что ты меня СЛЫШИШЬ! Здравствуй! Доброе утро!.. Всё — зарапортовался!

Признаюсь, душа моя находится в раздрызге после сегодняшних твоих (наших) откровений-разговоров… Просто я понял, что нет у нас впереди покоя и, может быть, счастья. По крайней мере за него придётся побороться, а борьба — это всегда гнусно, грязно, двусмысленно, некрасиво… «Некрасивость убьёт» (Ф. М. Д.)

Впрочем, что нам хлюздить раньше времени, правда? Давай всё же жить днём сегодняшним. А сегодня счастливее нас с тобой вряд ли можно найти: мы любим, нас любят… (Вижу-знаю — нахмурилась от двусмысленности, уточняю: я люблю тебя, ты — меня!) Давай пить счастье и наслаждаться процессом пития!

Целую!

Оптимист Лёша.

Моему Лёшеньке, 1 марта, 0:19 (Расстрел.)

Убиваешь меня опять!!! Как так счастья не будет?! Ужас!!! Ужас!!! Лёша, не знаю — чего ещё писать. Больно… Неужели всё так плохо… Сил нет биться — особенно, когда биться с тобой же и приходится. Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ В ТЫСЯЧУ РАЗ СИЛЬНЕЕ, ЧЕМ КОГДА-ЛИБО ЛЮБИЛА (Тима и рядом не валялся, да и вообще я была слишком маленькая и романтичная особа — придумала себе это чувство!). А ты — реальный, и мы — реальные, и люблю я тебя по-настоящему — всё горит: и смеяться хочется, и плакать. Понимаешь — нет?!

Всё…

Моему Лёшеньке, 1 марта, 21:32 (Я твоя!)

Здравствуй, уставший грустный котёночек мой! Не прошло и двух часов после наших объятий, а я уже успела соскучиться по тебе! Вот это уже точно патология! Силы воспоминаний-энерджайзера хватает на гулькин хвост! Прижала бы сейчас тебя — тёпленького, засыпающего, мурлыкающего, к себе, укрыла одеялом и уснула, посапывая за двоих. Только одна мысль: «Увижу Лёшу завтра» — греет, взбадривает, уравновешивает. А так — просто паника! Люпофь — и никуда не деться с подводной лодки! Милый мой, дорогой человечек, ДУМАЮ о тебе постоянно, скоро забуду, что это такое — думать о чём-то другом. Есть моногамия, а у меня, наверное, монодумие и монолюбие! Не могу без тебя — хоть убей! Буду признаваться тебе в любви до тех пор, пока, наверное, язык не отсохнет, буквы, по-моему, уже очень скоро на клавиатуре сотрутся («Я», «Т», «Е», «Б»,«Л», «Ю»).

Миленький, люблю-поглощаю тебя всего — такого разного, но родного! Ты для меня — ВСЁ!

От этого чувства, что ты мой, со мной, у меня — просто хочется умереть! Принять это НЕВМЕЩАЕМОЕ и родиться заново от того, что ты теперь ЗАЛОЖЕН во мне, как данность.

Сейчас задохнусь от переизбытка своей гордости, ты — моя гордость и награда! «Ты во мне никогда не уместишься» — и радостно, и печально. Печально, потому что я слишком мала для тебя, радостно — что ты всё-таки ВО МНЕ, поэтому пусть «раны будут гореть под заплатками…»

Целую моего котика во все усики (!!!?).

Только твоя Дымка.

Aline, 1 марта, 23:15 (Несостыковочка.)

Алина Наумовна!

Слова Вы пишете-точите, конечно, медовые — спасибочки за это! Но… Повторяю: но!!! Дважды пытался связаться с вами по телефону (в 20:00 и 22:30) и — где же Вы были??!! Какие-то ломкие мужские голоса в трубке вместо вашего ангельского (полуангельского!) голосочка!!!

А если честно (ты же знаешь, что я — чеканутый!), мне сразу возомнилось, что тебя нет дома, а ты где-то у подъезда разговариваешь-общаешься с КЕМ-ЛИБО, кто опять пришёл тебя упрашивать-уговаривать вернуться к нему…

Вывод: звонить тебе домой я больше не буду ни под каким соусом, ни в какое время и ни за что! Чтобы не нарываться, не раздражать твоих домашних и не обременять себя лишними мрачными фантазиями.

Жду от тебя ответа, как (да, да!) соловей (как его?) лета!..

А в конце — десерт: люпофь и мне знакомое чуйфство! А если уж совсем серьёзно, то я начинаю скучать по тебе (за тобой, как говорят в народе) не через два часа после разлуки, а через ДВЕ МИНУТЫ, когда ещё не дошёл до остановки. Мне кажется, мы с тобой стали (становимся) сообщающимися сосудами почти буквально, и физическое расстояние между нами вносит в наши организмы дискомфорт, потому что для нас (сообщающихся сосудов) необходимо находиться как можно ближе друг к другу, чтобы общая кровь, лимфа, чувства, мысли, боль, радость и что там ещё не расходовались на пуповину, а сразу перетекали из одного в другого НЕПОСРЕДСТВЕННО. Одним словом, какие-то сиамские близнецы — если тебя не пугает такое сравнение. А лучше, естественно, и образнее — ЕДИНЫЙ АНГЕЛ.

Целую себя (то есть — тебя), думаю о себе (то есть — о тебе), любуюсь собой (то есть — тобой), хочу себя (ну вот и облом: конечно же — ТЕБЯ!)!!!

Напиши мне две строки, да я — отключусь. Надо уравновеситься, а то я даже зарядку сегодня не делал.

Жду до 23:45.

Лёха.

Моему Лёшеньке, 1 марта, 23:57 (Ангел…)

…ты мой! У моих теперь почему-то реакция становится острее, чем я предполагала, поэтому иногда до телефона не успеваю первой. Но ты не переживай (любимый, чеканутый мой!), я — твоя и только твоя!

Тоже не могу без тебя, сосуд ты мой, продолжающий меня! Пишу, а самой жарко — с твоего позволения, майку сниму! Вот так лучше! Задыхаюсь без тебя. Завтра первое, что сделаю, поцелую тебя и заберу хоть чуть-чуть свежего воздуха — минут так на двадцать, а потом опять зайду. Не могу без тебя!

Спокойной ночи, солнышко, Лёшечка.

Тающая Дымка.

Моему Лёшеньке, 2 марта, 21:20 (ЛЮБЛЮ!)

В твоём сердце мне светло, тепло, уютно и радостно. Мы друг другу сделали самые бесценные и дорогие подарки: я — твоя, ты — мой! Это прекрасно и замечательно! Неужели так хорошо бывает?!

Счастье моё, жду четверга — незабываемой поездки в мир НЕЖНОСТИ: когда же будет НАША остановка — «Рай»?! Скоро выходить! Ур-р-р-а-а-а…

Твоя нетерпеливая Дымка.

Aline, 2 марта, 23:39 (Ай-я-яй!)

Алина, крошка моя, ты, оказывается, ветрена и непостоянна! Ты с такой лёгкостью меняешь формат (стиль оформления) мэйлов, что невольно закрадывается мысль: неужто и во всём ОСТАЛЬНОМ ты так же непостоянна?..

Насчёт четверга — не зарекайся. Я ж тебя учил, малышку неразумную (неверующую!), что надо добавлять при малейшем планировании-мечтании: «Дай Бог!»

Но — будем надеяться. Тем более, что ты КОЙ-ЧЕГО обещала…

Знаю, что заинтриговал, но что поделать: думай-вспоминай.

Целую тебя в кончик носа и в язычок твой сладко-вкусный!

Ещё дождусь ответа, а потом… Увы, не высыпаюсь!!!!!

Твой Лёшка.

Моему Лёшеньке, 3 марта, 0:05 (Лёша…)

Про стиль оформления — расскажешь завтра. Про обещанье — это действительно интрига (будет о чём перед сном подумать). Завтра утром звонить не буду, потому что собираюсь выйти пораньше.

Фу, наконец-то всё объяснила (прикинулась деловой-то какой, а?!). От души одно могу сказать-пропеть: ЛЮБЛЮ!

Тоже отрубаюсь (в смысле в постельку — нырк!). Пижамка уже надета (а под ней — ой! — трусиков нет: крантик в порядке!!!). Ладно, не буду тебя больше щекотать. Целую.

Твоя Алина.

Моему Лёшеньке, 4 марта, 22:54 (Птица Феникс.)

Я возвращаюсь в инет-жизнь! Возрождение! Настроила наконец комп. Успела «Входящие» в вордовский формат перебросить. Уф — умаялась. Дома всё замечательно, улыбки, делают вид, что вчерашнего (звонка твоей противной Д. Н.) не было.

Милый, уже скучаю, хотя вечер был особенным, правда?! Мы стали друг другу ещё роднее, ближе! (Признаюсь, я боялась, что ЭТО будет не очень приятно, но с тобой всё-всё — СЛАДКО!) Люблю тебя. Жду. Целую каждую секунду.

Твоя Алинка.

Aline, 4 марта, 23:36 (Ад!)

Алина, зато у меня здесь сегодня — ад. В полном смысле слова. Дошло уже (с её стороны) до угроз «воткнуть мне нож в спину» и пр. Спать сегодня буду на кухне на раскладушке, так как комнату отказалась наотрез освободить, по крайней мере — сегодня.

Самая интересная новость из сообщённых ею: у тебя в апреле свадьба должна была быть с Тимой и вы уже квартиру купили… Зачем ты это от меня скрывала???!!!

Ещё интересное: она ещё раз позвонила твоим родителям и сообщила, что вроде бы ничего СТРАШНОГО между мной и тобой не было, так что всё это блажь и можно особенно не беспокоиться… Может, поэтому они такие добрые?

Я.

Моему Лёшеньке, 4 марта, 23:51 (Отвечаю!)

1. Никакой свадьбы не могло было быть и в проекте! Я же тебе говорила, что никогда не соглашалась на его предложения! А насчёт квартиры — да! Они (Тима, мои шнурки и Тимина мама) решили, что я куплюсь на такое «удобство»! Хрена! Собственно, и квартиры нет никакой — туфта это всё!

2. Не поняла, когда Д. Н. звонила моим и сказала, что у нас ничего с тобой ЭТАКОГО не было?

3. По поводу ада — даже и не знаю, как тебя пожалеть. Целую буковками, пальчиками по клавиатуре, воздушными поцелуями…

Твоя.

Aline, 4 марта, 23:59 (До завтрева!)

Прощевай до завтрева, моя Дымка!

Глупо всё выходит. Голова болит. Щас опять крик зачнётся, растудыт твою качель (как только я начну раскладушкой греметь). Хрустно, мать! Приятных тебе снов.

Ежели чего чиркнёшь ишо — хляну: до 0:30 буду в карты с компом резаться — от безысходности и безразмерной хрусти в хрудях…

Унылый Лёха.

Моему Лёшеньке, 5 марта, 0:07 (СН)

Глупо, что моя ма с твоей Д. Н. делятся слишком уж сокровенным! Завтра поговорим об этом — косточки им перемоем! Хоть кто-нибудь в этом чёртовом Баранове за нас?! Пошли они все… Люблю тебя! Вся та наша (твоя и моя) жизнь, что была ДО нашей встречи, будет теперь против нас играть — к этому надо подготовиться! Ладно, чего на ночь всё это. Снов тебе приятных (если на кухне такое возможно!). Позвоню завтра утром. Жди. Целую. Отключаюсь тоже.

Дымка.

Моему Лёшеньке, 5 марта, 22:49 (Тихонечко.)

Лёшенька, миленький! Выскочила на минутку. Сегодня, наверное, больше не выйду. Так что напиши мне чего-нибудь сладенького, чтобы я завтра открыла и — душа распустилась. Да и ещё, чтобы я с ума не сошла от нашей разлуки — предлагаю встретиться завтра в Инете где-нибудь около трёх дня. Целую, обожаю, люблю. Скулю-вою — не нацеловала тебя сегодня, не наговорила слов любви-нежности, сколько нужно было. Но я мысленно тебе сейчас их говорю-телепортирую. Слышишь?! Настройся на волну моей души. Ладно, кто-то идёт, скребётся… Буду скучать…

Твоя Дымка. Твоя Алинка.

Aline, 6 марта, 0:11 (Привет из вчера!)

Алина, милая и родная ты моя!

Сейчас, когда я это пишу, ты уже беззастенчиво мнёшь щекой подушку. Эх ты! Дезертирша! Ладно, спи, посапывай, отдыхай, блаженствуй.

Сладкое я тебе только одно могу сказать (написать): ты моя сладкая, ты моя вкусная, ты моя конфеточка (так бы всю в рот и спрятал-облизал!), ты моя ирисочка!..

Всё, возвращаюсь в свой мудрый возраст и говорю уже без детских сю-сю-сю: прекрасно, что есть мир вокруг, прекрасно, что ты есть в этом мире, и сверхпрекрасно, что мы встретились… Остальное — по фигу! Остальное — придорожная пыль и тлен. Если мы с тобой будем вместе ещё один день — это прекрасно. Если мы будем вместе неделю — это невероятное счастье. Если Бог подарит нам месяц — это запредельное пиршество блаженства. Если суждено нам не расставаться год — я тогда не знаю, что называть раем. Ну а если нам подарено-отпущено на нашу любовь несколько лет (неважно — пять или сто) — то слов нет и не надо. Вернее — это, наверное, и есть то, что называется ЖИЗНЬ. В полном и настоящем смысле.

Ладно, расфилософемничался. Я думаю сейчас о тебе. Я буду думать о тебе, засыпая. Ты будешь в мыслях моих, когда я проснусь. Ни единой минуты завтра я не буду в мыслях без тебя… Ну, это ли нельзя назвать любовью?!

Алина! Алина-а-а!!! АЛИНА!!! Алииииинааааа!!!!! Ты меня слышишь?????

Спи. Но помни, что спишь ты во мне. Ты вселилась в меня. Я — твой ДОМ.

Целую в самый краешек губ (чтобы не разбудить).

Тсссссс, моя Алиночка спит…

Алекс.

Aline, 6 марта, 11:22 (Уведомление.)

Настоящим уведомляется моя любимая женщина (девочка!), что аз грешный в виду невозможности находиться дома, где сожители по коммуналке с утра устроили плотную обструкцию, ухожу из означенного дома часов до 17:00 вечера, так что встреча в Инете будет попозже, но к моменту выхода в эфир надеюсь получить послание.

Он.

Моему Лёшеньке, 6 марта, 12:08 (Живу для тебя!)

За «Привет из вчера» огромное-преогромное тебе спасибо, Лёшечка милый! Сердце сейчас стучит — сотни гвоздей забивая в минуту. Судьба помогла нам найти друг друга (точнее, случай, ещё точнее — мои оголённые плечики: придётся уделять им особое внимание!). Думаю о тебе даже во сне. Сегодня ночью приснился странный сон: будто я еду куда-то в автобусе, куда, не знаю. Выхожу не на той остановке, в общем, опять пересаживаюсь, всё время путаюсь — куда еду, зачем?! Сажусь не в те автобусы. И во всей этой кутерьме думаю (представь, как многослойно: сон и ещё глубже — мысли во сне!) — где там сейчас мой Лёша, что делает, читает, наверное, или в Инете сидит, не дай Бог на Д. Н. опять нервы тратит. Представляешь, даже во сне ты постоянно в моей голове.

Если сегодня захочешь мой голосок услышать (и, конечно, если у тебя возможность будет) — звони после 16:00, мои (ма и па) куда-то гудеть уйдут, так что останутся дедушка и брат, поэтому до телефона должна добраться первой (но даже если и брат трубку возьмёт — всё равно меня спроси!).

Что касается 8 марта, то все мои готовятся отчалить в Будённовск к моим бабушке и тёте (то бишь папиной маме и сестре). Знаешь, я Ксюшку уже, наверное, год не видела — очень хочется её потискать, расцеловать (сестра ведь единственная, ей 10 февраля уже 4 годика исполнилось). Так что, если ты меня отпускаешь, я к родичам рвану со своей семейкой. Но ты можешь внести и свои предложения! Приказывай-предлагай!

Лёша, души в тебе не чаю! Твои поцелуи, как наркотик, как солнце цветам, как вода рыбам, словом, без тебя не могу жить, жизнь без тебя — пустота.

Губы твои распечатываю десятками поцелуев — невинных и страстных.

По-моему, я уже тебе цитировала это, но повторюсь:

Я скучаю среди людей,
Лишь в твоих небесах мне жить.
Без тебя, без твоих дождей
Высыхает река души.

Если сможешь — выходи в 15:00 в Инет (я с 15:00 до 16:00 буду периодически выглядывать — а вдруг ты тоже там! Если не получится, то до одиннадцати вечера!).

Твоя наисчастливейшая Дымка.

Aline, 6 марта, 20:32 (Деловое — почти…)

Алина, душа ты моя ненаглядная! Здравствуй!

Звонил тебе около 15:00 ОТТУДА, но трубку взял, видимо, брат, и я не стал контачить. Спал ТАМ часа три. Странное ощущение. Домой пришёл успокоенный, заявил, что хочу перемирия, покоя, больше ввязываться в оры-скандалы не буду (утром творилось нечто чудовищное). Мои сожительницы на перемирие тоже с охотой пошли, ибо сами чуть не обынфарктились… Одним словом, сейчас в душе, в теле, в голове усталость, грусть, но и чуть-чуть уравновешенность, нервы задремали…

Письмецо твоё добавило наркотическо-успокаивающего воздействия. Читал и хотелось даже чуть всплакнуть от умиления (старческое, что ли?): ты мой свет в окошке, моя надежда, моя опора (да, да, несмотря на всю свою хрупкость!), моё ВСЁ!..

Теперь (прости за перескок) о делах.

В Будённовск, конечно же, отправляйся-поезжай. Я думаю, мы завтра проведём (тьфу! тьфу!) чудесный день-вечер вдвоём, будем ПИТЬ-ЕСТЬ ДРУГ ДРУГА, расстанемся пресыщенными, так что краткая разлука пойдёт только на пользу нам и нашим чувствам. Встречаемся (если нет других предложений) в 14:00 у нашего кинотеатра. Гут?

Сейчас я уйду из Инета до 0:15. Если к тому времени ты отправишься спать — оставь вкусное письмецо в ящике: меня (что ж делать!) и это УДОВЛЕТВОРИТ.

До встречи, моя девочка! Я думаю о тебе всегда. Целую бессчётно!

А.

Моему Лёшеньке, 6 марта, 21:49 (Болею…!)

Привет, моё золотце! Измучили твои бабы тебя! (Не знаю, как их ещё назвать!) Если помирились — это хорошо! Не хочу тебя расстраивать, но, по-моему, я заболеваю — что-то в горле першит и носик шмыгает. Буду сейчас чаем отпаиваться, дабы завтра мы могли «ПИТЬ-ЕСТЬ ДРУГ ДРУГА». Я так поняла, что завтра идём в кино?! На месте решим — на какой фильм пойдём, да? Лады. Завтра у кинотеатра в 14:00. Целый день твой голос не слышала — пытка, ей-Богу! Представляю тебя — уставшего, грустного… Обнять бы сейчас моего родного Лёшеньку… Целый день почти ни с кем не разговариваю — не хочу, только ты, моя радость!

Не знаю — выйду ли в 0:15. Если нет, то ты уж прости меня — хлюпкую Алинку. Главное — серьёзно не заболеть, не слечь. Ещё одного дня разлуки не переживу!

Люблю тебя! Целую, целую, целую, целую…

Твоя девочка.

Моему Лёшеньке, 7 марта, 9:22 (Оклемалась!)

Зоя Космодемьянская задушила вирус на корню (ну почти на корню)! Горчичники на ночь в носки — вот и все рецепты! Правда, пришлось понасиловать свой организм — чай с лимонным соком вливать! Пока аллергическая реакция (тьфу, тьфу!) не проявилась. Ну, это всё пустяки! Просто, когда ложишься спать (в тёплой пижамке, в носочках с зелёными греющими пластиночками), надо очень-очень захотеть проснуться утром здоровой и бодрой (аутотренинг!), подумать сильно-сильно О ТЕБЕ и помолиться (Богоматери, её иконка у меня над кроватью). Так что сегодня я (более или менее) в форме (главное, с лимоном не переборщить!).

А теперь о главном: проснулась сегодня в 7:30 с мыслью о тебе и сейчас хожу-вынашиваю ещё сотни подобных мыслей, целую тебя виртуально, обнимаю солнечным светом, прикасаюсь лёгким ветерком.

Сегодня в 14:00 (дай Бог!) покажу всё это (и кое-что ещё!) на практике. До встречи, любимый!

Твоя Дымка.

Aline, 7 марта, 12:07 (Спешу!!!)

Алинка, милая моя! Спешу-бегу к тебе на свидание, как молоденький пацан! Если чуть опоздаю (ты ж знаешь мою натуру!) — не обижайся: увы, что делать — заложить бы меня во влаг…ще да начать переделывать вновь!..

Весь твой до кончика носа и вместе с Васькой!

А. А. Д.

Моему Лёшеньке, 7 марта, 23:05 (МЫ!)

Доброй ночи, моя радость! Не знаю, как жила без тебя. Ты меня делаешь счастливой, с каждым днём я врастаю в тебя, а ты в меня. Наверное, мы созданы друг для друга. Благодарю судьбу за каждый день, проведённый с тобой и с мыслями о тебе! Люблю тебя больше жизни и, кажется, себя… В паспорте моего сердца ты и только ты прописан — все права на меня у тебя!

Твоя Дымка.

Aline, 7 марта, 23:13 (Вот и ладненько!)

Только что отправил записку недоуменную, как получил тут же от тебя мыльце — нежное и душистое: спасибочки!!!

Теперь успокоенный — бай-бай (ты не забыла, что я две ночи спал на раскладушке, а сегодня прикорнул всего 4 часа?).

Думаю о тебе, а лучше сказать (уж так и быть) — ЛЮБЛЮ!

Завтра позвони мне, если не поедешь в Будённовск. Если я не смогу разговаривать толком, то ты говори и говори, а я буду слушать и гмыкать-дакать. Гут?

Целую в милые твои и сахарные уста! Целую и в ГУБЫ…

Проказник.

Моему Лёшеньке, 8 марта, 12:10 (Больная требует добавки!..)

Здравствуй, мой мартовский котик! Спасибо за поздравление и фотку (ты там ну такой довольно-умилённый, как оплодотворённая яйцеклетка! В общем, очень хороший!).

Со здоровьем, по-моему, влипла я капитально — теперь кашель, может, даже бронхит! Так что теперь подсела на «колёса» («Таблетки от кашля», «Бромгексин», «Пертусин»…)

Мои отчалили в Будённовск, дома — скукотища!!! Да, здорово я встречаю 8 Марта!

Ты не забывай меня сегодня, потому что: 1) праздник вроде как женский, 2) Алинка твоя болеет, 3) скучаю по тебе безмерно!

Жду от тебя очередного ответа-привета!

Люблю. Болею (вчера и сегодня в прямом смысле слова!) жаждой по тебе (ВСЕГДА!!!)

Алинка.

Моему Лёшеньке, 8 марта, 15:24 (Выговор!)

Лёша (Лёша!!!), объявляю тебе выговор! Прочитать мою записочку (кричащую — как мне одиноко и грустно!) и не ответить?! Вот и вся любовь! Ушёл, наверное, куда-нибудь с Д. Н. и забыл о своей гундосой подружке… Я обиделась! Плакать не буду, но, честное слово, обидно! (Губки уже надула!) Как наказать — не знаю (что за х…ня!). И эта беспомощность ещё больше меня угнетает! Сижу и слушаю «протестующую музыку» (нечто нерусское рок-лирическое!) Ушла бы сейчас сама куда-нибудь, если б не «вирусные наручники»! Не могу отключиться от НАШЕЙ жизни, а ты отключился (предатель!). Единственная отдушина, что родичи в город красных домов умотали, не то б выслушали мои умозаключения о том, что я ТАК жить больше не могу (с ними, в этой квартире, в ЛАТУНКИНСКОМ мире-атмосфере…). В общем, не знаю, чего делать (с тобой, с собой, с жизнью своей НЕНАСТОЯЩЕЙ)! Да тут ещё и твои «самоубийственные» размышления-выводы дровишек в костёр подбрасывают!

Совсем размагнитилась… Буду сейчас сидеть и тупо в монитор смотреть. Какая я всё-таки глупая и… влюблённая в тебя (неблагодарного!). И обидеть тебя хочу и нет! Вся запуталась, расклеилась…

Алина.

Aline, 8 марта, 16:10 (Короче, Склифософский!!)

Алина, и правда, укороти свои упаднические мысли-стоны: всё путём, подружка ты моя НЕСТАРАЯ!

Во-1-х, мне удалось отмазаться от семейной прогулки, да тем более по Набережной, благодаря чему я могу (и уже смог!) лишний раз (да совсем не лишний!!) с тобой пообщаться, свет ты души моей.

Во-2-х, мы же с тобой всё разложили по полочкам (аль забыла, болящая ты моя?), и наши тексты — не самый фиговый способ общения, далеко не самый. Радуйся, голубчик, наслаждайся мной и Дюркгеймом!

В-3-х, зоренька ты моя алая, мне очень даже по сердцу твой бунтовской настрой, антишнурковская революционная решимость: так держать!!! (Хотя тут я поступаю непедагогично — каюсь: подстрекаю дитя на бунт против родителей… Да простит мне Господь!)

В-4-х, ты имеешь свободный день, полную свободу действий и мыслей, но при этом предпочитаешь плен мыслей-дум и мечтаний обо мне (если, конечно, я жестоко не ошибаюсь!) — это ли не прекрасно? Голубчик Алина, мечтай, думай, мысли, вспоминай, представляй, фантазируй, безумствуй и даже оргазмируй (о, Боже, прости меня!): я, находясь внутри тебя в твоём воображении-воспоминании, полностью отдаюсь тебе в сладкую власть — делай, миленькая моя, маленькая, со мной (и не только со мной, но и с моим Василием) всё, что ни взбредёт тебе в красивую твою и слегка взбалмошную головку!..

И, наконец, в-5-х, поверь мне: всё, что сейчас, в данное время и в данном пространстве с нами (тобой и мной) происходит-творится — это вовсе даже не «х…ня»!!!

Засим, красавица ты моя, я временно тебя оставляю наедине с собой (то есть — со мной же, мысленным) и только ещё напомню: не разболевайся, родная моя, не надо! Ты мне нужна здоровенькая, весёленькая и… пупырчатая от радости!

Твой Л.

Моему Лёшеньке, 8 марта, 16:53 (Свечусь от счастья!)

Удовлетворил-оросил (словами-настроением, конечно же!). Выйдешь сегодня вечерком на инет-полянку, а там для тебя растёт самый нежный, красивый цветочек — моё письмецо. Вдыхай:

ЖИЗНИ БЕЗ ТЕБЯ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ!

ПОЦЕЛУЯМИ ОСЫПАЮ-ЗАРАЖАЮ!

ТЫ — МОЙ ТУМАН, Я — ТВОЯ ДЫМКА!

МЫСЛЬ О ТЕБЕ САМОУБИВАЕТ ВО МНЕ ПУСТОТУ!

СВОЮ ЖИЗНЬ ХОЧУ ТЕБЕ ПОСВЯТИТЬ!

ТЫ — МОЁ УБЕЖИЩЕ ОТ ЗЕМНОЙ ЖИЗНЕННОЙ БОМБЁЖКИ!

ВЕСЬ БАРАНОВ (каждая веточка, улочка…) ОПУТАН МОИМ ОПТОВОЛОКНОМ — ЛЮБОВЬЮ-МЫСЛЬЮ О ТЕБЕ!

Так, стоп! Скатываюсь в неведомую мне техническую стихию! Вот она — моя шизоидность!

Лёшенька мой карамельный, желаю тебе спокойного, приятного дня-вечера! Хоть бы Д. Н. язык русский забыла!

Ночью жду инет-акта (вхождения в меня, фу-ты, в ящичек мой!).

P.S. Тима недавно с розой притащился, правда, с ней и ушёл. Умолял-просил остаться друзьями, чтобы я его не оскорбляла, иногда вспоминала, обязательно на свою свадьбу пригласила. Всю его речь-монолог можно свести к одной фразе — примерно такой: «Я обязательно найду себе девушку, мне только нужно время, а тебе я, правда, желаю счастья!» Может, действительно протрезвел?!

Ладно, душа моя, не о том я всё: а то начала вроде как за здравие, а заканчиваю за… А закончить по-настоящему (!!!) свой мысленный акт я хочу, разумеется, ТОБОЙ (ты во мне живёшь-развиваешься — я всегда беременна тобой!) — МОИМ ПОДАРКОМ, ВДОХНОВЕНИЕМ, СЧАСТЬЕМ!!! Завтра придётся попотеть — запасаться тобой (необъятным!) аж до выходных (и как тебя уместить в себе, ты же «во мне никогда не уместишься»: футы-нуты, опять поэзия лезет!). Надо срочно высвобождать склады памяти и ощущений! Зацеловываю тебя своими губками, пальчиками, волосиками, сосочками (у-у-у-ле-та-ю-ю-ю в мир блаженства!).

Твой мечтающий беременный ангел.

Aline, 8 марта, 23:31 (Достают!)

А меня сегодня достаёт Д. Н.: в точности, как твой Тима, только без розы — просит и умоляет полюбить её и быть с ней ласковым… Тяжело и утомительно. Мы когда-нибудь, чёрт возьми, с тобой будем свободны и НАЕДИНЕ ДРУГ С ДРУГОМ???!

А самое смешное или грустное (ты же знаешь, какие однообразные зигзаги делает моё воображение!), что когда-нибудь, не дай Бог, кто-нибудь из нас будет точно так же тяготиться другим и отрывать его отчаянные пальцы от своей души (???!!!), сам при этом истекая кровью… И вот тогда (ты же понимаешь, что в роли умоляющего вижу я себя) я с горечью и последней надеждой скажу-напомню тебе: ТЫ СВОЮ ЖИЗНЬ ХОЧЕШЬ МНЕ ПОСВЯТИТЬ?..

Ладно, красавица моя, прости за довольно унылые софизмы-маразматизмы. Скажу напоследок, что слово «беременная» меня сладко взволновало. Не шутила бы ты так… А с Тимой, увы, ещё будут периоды гроз и угроз, как и со стороны моей Д. Н. не все ещё молнии отблистали…

Тьфу, никак не развеселюсь. Сделай что-нибудь, напиши чего-нибудь, чтобы я помягчел и рассиропился.

Ждущий с тоской добра и ласки старый Дуралей.


Моему Лёшеньке, 8 марта, 23:52 (Зацеловываю тебя!)

Люблю тебя, как кошечка, трусь о твою щёчку, мурлыкаю, смотрю в глаза преданно-преданно! Котик мой, я надеюсь — ночью будешь думать только обо мне (несмотря на соседнее посапывание с придыханием!).

Обожаю своего Лёшеньку и не отдам никому!

Отключаюсь.

Твоя Дымочка.

Моему Лёшеньке, 9 марта, 19:01 (Буду ждать!!!!!)

Лёша, Лёшааааа!!! Увези меня с собой в Москву и дыши мной! А я буду жить эти три дня тобой здесь, где всё напоминает мне тебя, наши встречи, улыбки, взгляды… В аудитории буду сидеть и думать, что там за стенкой в твоём кабинете есть мы (всегда будем мы).

Лёшенька, минуты расставанья самые тяжёлые и мучительные, как и последние слова перед отъездом. Поэтому напишу только одно: каждую секунду буду думать о тебе, жить нашей жизнью, мечтать, читать, есть, спать… В голове и сердце — только ты!

Буду безумно скучать, да что там — уже скучаю. Бесконечно люблю, целую. Последняя наша близость была прекрасна!!! Спасибо тебе за то, что ты — мой, а я — твоя (вся, без остатка!) и мы есть друг у друга!!!

Твоя Дымка.

Моему Лёшеньке, 10 марта, 21:53 (Зал ожидания.)

Живу эти дни по Фаулзу — в зале ожидания, хотя кажется, что время тянется бесконечно без тебя! Тоскую… Спасает только мысль — что будет встреча, это и подпитывает! Может, где в Москве ты всё же заскочишь в НАШ инет-уголок, и я вечерком, придя с учёбы, получу от тебя жаркий, сладкий и такой долгожданный привет?!

Лёша, без тебя жизнь — не жизнь! Не знаю, как ходила по этой земле (существовала!) без тебя?! Даже представить не могу, что тебя может не быть в моей жизни, если и день без тебя — пытка! Ты — моё будущее! Давай будем вместе — не расставаясь, не ссорясь, только РАСТВОРЯЯСЬ друг в друге!!!

Люблю тебя. Жду. Думаю постоянно!

Твоя Алина. Любящая Дымка.

Aline, 14 марта, 10:04 (Где же ты, аушеньки!)

Алина, получил-прочитал письмецо от 10-го — словно из другой жизни: до того, кажется, проползло много дней, что даже и не подходит слово «соскучился» — ты превратилась в сознании моём в мечту. Скорей откликнись, подтверди, что ты ЕСТЬ…

До встречи в 16:00 (если ничего не изменилось). Или — в 15:00?

Жду. Надеюсь, что увидишь эту записку ДО.

Целую!

Алёша.

Моему Лёшеньке, 14 марта, 11:47 (ЖДУ-У-У!!!)

Здравствуй, мой долгожданный!!! Неужели я тебя увижу?! Сердце, наверное, не выдержит от радости!!! Конечно, в 15:00. Люблю тебя, сегодня зацелую до умопомрачения!!! Соскучилась безумно!

Твоя Алинушка. Жду, жду, жду!..

Моему Лёшеньке, 14 марта, 20:29 (Многоточия.)

Не знаю, о чём писать… Знаю только одно — я тебя люблю. Знаю, что по-другому ты любить не можешь… В общем, все мои проблемы у меня в голове. Обещаю за ночь от них избавиться и завтра, увидев тебя в универе, подумать: «Да, он действительно меня любит, и я ему нужна». Просто иногда я в этом сомневаюсь. Почему? Потому что боюсь — НЕ СУМЕТЬ СДЕЛАТЬ ТЕБЯ СЧАСТЛИВЫМ. Ладно, у тебя там, наверное, с Д. Н. опять разборки — а я всё о своих страхах разглагольствую…

Без тебя мне очень грустно. Прости меня.

P.S. Я тебя очень люблю. Вернула бы сейчас время на минутку до того, как подъехал троллейбус, чтобы поцеловать тебя…

Твоя и только твоя Дымка.

Aline, 14 марта, 21:33 (Вопросительный знак.)

Алина, родная, зачем ты меня мучаешь??? Будь проще. Не знаю, что ты называешь любовью, но то, что я чувствую — это ОНА. Прими это как данность. Не требуй от меня каких-то вывертов. Я пока (ПОКА!) человек несвободный. Мне сейчас (в последние 2 часа, что мы расстались) так тягостно, что хотелось бы напиться (взял и выдул бутылку б/а пива зачем-то) или завалиться спать без сновидений и просыпаний посередь ночи…

Д. Н. молчит, зато вступила в борьбу за нравственность твоя наставница В. Т.: повернула дело вовсе неожиданно — начала мне говорить прямым текстом, мол, из-за наших с тобой отношений твоя жизнь сломается… Заботы о тебе полон рот!

Алинка, Алинка, глупая ты девчонка!!! Напиши мне ещё 2,5 тёплых и 2 горячих словечка, да я потеряю сознание. Между прочим, за последние полчаса уже пять раз чихнул: если началась простудная хворь, а я грешу на психику (мол, депрессия, мол, бросают меня!..) — вот будет смешно…

Жду. Прикасаюсь своими губами к твоим и — душа замирает в предчувствии горя… (Ей-Богу — стихи! И, по-моему, — мои!).

Алексей.

Моему Лёшеньке, 15 марта, 21:20 (О нас…)

Лёшенька, любовь моя! Соскучилась по тебе, как только отпустила домой!

Как бы нам с тобой вырваться куда-нибудь из Баранова хотя бы на денёк, чтобы ни о чём не думать, никуда не спешить — просто ЛЮБИТЬ друг друга! Ведь говорят, что влюблённые часов не замечают, а мы всё определяемся и определяемся. Грустно, что какие-то ничтожные минутки считаем, забывая о том, что в нас — ВЕЧНОСТЬ, вечность жизни, памяти, любви, поцелуя, слова, прикосновения…

Вот оно — бессмертие, мать его… Прости, но уж очень мне сейчас хорошо, даже выругаться захотелось, но я мужественно сдержалась — в многоточие спряталась. Ку-ку! Так, ладно — девочка опять из меня выглядывает! Ну-ка — назад!

Принадлежу только тебе!

Воздушными поцелуями выкраду тебя из плена разлуки! Ты — мой!

Твоя Дымка-Алина.

Aline, 15 марта, 22:20 (Апчхи!)

Алина, голубчик ты мой маленький и нежненький! Спасибо за чУдные слова-признания! Хочу ответить адекватно, но получается… превратно. (Обещал стихи сочинять — вот и начал!)

Сижу за компом и чихаю, как последняя-распоследняя (прости!) блядь! Хворь-болезнь моя усиливается, так что, увы, сегодня мы с тобой точно никуда из Баранова не поедем… (Это такой туповатый юмор).

Настроение аховое. В 18:00 мы зашли в фатеру почти одновременно с Д. Н. и зачался концерт: ор, лай, брех, визг (кто-то ей сказал-доложил, что видел нас идущими по улице за ручку)… Я отмолчался, и через час шум утих. Сейчас — тихо. Но произошло нечто ещё чуднее: вступила в действо Венгерова Галина свет Дементьевна. Но если В. Т. была озабочена твоей судьбой-карьерой, то эта — только моей: мол, Алексей Алексеевич, ваши враги на кафедре воспользуются этой вашей СЛАБОСТЬЮ и скинут вас с должности… И так заботливо: что ж вы, мол, такой морально неустойчивый и на девичьи тела падкий…

Вот где смеяться хочется, да насморк не даёт…

Ладно, красавица моя, юная и РАЗВРАТНАЯ, давай думать только друг о друге.

Целую тебя в твои кофейно-сладкие губки (ого сравнение!) и прочие доступные уголочки твоего божественного тела!

Алекс.

Моему Лёшеньке, 16 марта, 21:03 (О дне грядущем.)

Посылаю тебе свой мурлыкающий привет! Ножки подкашиваются, щёчки горят, глазки стреляют теперь уже холостыми взглядами (ты меня совсем обезоружил!), сердечко стучит, судороги ТАМ напоминают о сладком времени, проведённом вместе… Сегодня ты был как никогда страстным! Вот что значит — соскучился! Я тоже безумно была рада твоему предложению — поехать в НАШ ДОМ и прекрасно (неповторимо!) «опоэтизировать» окончание нашего (совместного!) рабоче-учебного дня.

Обожаю тебя. Поцелуями обнимаю-опьяняю-поедаю…

Алинка.

Aline, 17 марта, 23:01 (Нежный выговор!)

Алина, ты что-то капризничаешь, как пятилетний ребятёнок. Ну с каких таких блинов ты вздумала спать в несусветную рань???

Я, к сожалению, обыкновенно замотался. И техника сегодня мотает мне нервы. Сначала целый час потерял на перезапись видео (но так и не переписал!), а теперь комп совсем нервы измотал: поставил-всадил ему ПиджМейкер в организм, а он закуксился, закривился, выкаблучиваться-сбоить начал… Тоска! Вечер пропал попусту. Я злой. Нехороший. Вот лихо-то кой-кому будет, если и завтра будет день таким же взлохмаченным, и я взлохмачусь…

Ладно, не боись! Не покрывайся пупырышками — мы маленьких не обижаем!

Напиши мне перед сном ещё чего-нибудь в стиле сю-сю-сю — у тебя получается, а мне нравится.

Твой. ТВОЙ. Т-в-о-й. ТвОй. тВоЙ. Т… в… о… й… Я!!!!!


Моему Лёшеньке, 18 марта, 21:26 (Ужас!)

Родной, милый, дорогой! Представляешь, прихожу домой — мне говорят: «Звонила В. Т. — просила перезвонить». Звоню ей, а там — целая нотация: мол, весь университет в шоке, все смеются (мол, раньше Домашнев пил, теперь блядует), в доме (куда ты меня водишь!) живёт какая-то там и чья-то знакомая, поэтому всем всё известно… В общем, не в виде нажима, а всё же меня убедительно просили НЕ ХОДИТЬ к тебе в кабинет: встречаться вне университета — пожалуйста, но в универе — не надо (несколько раз повторила-просила-упрашивала). Мол, Алина, ты знаешь, как я к тебе отношусь — желаю только хорошего… Да, и родителей, Алина, своих пожалей!

Вот такие пироги! Знаешь, насчёт универа я с В. Т. согласна — заклюют ведь и тебя, и меня. Может, и правда, там нам надо постараться не видеться особо?! Не знаю, но меня это уже допекает — всё это попечительство и то, что все любят нос совать куда не надо! Чего делать-то, Алексей, Лёша?

Любящая и уставшая Дымка.

Aline, 18 марта, 22:37 (Глупость!)

Алина, когда идиоты начинают предлагать свои правила игры, надо или плевать на них со своей высокой колокольни и играть по своим правилам, или выходить из игры. В университете мы и так свели общение к минимуму, так что думать-рассуждать о том, чтобы НЕ ВИДЕТЬСЯ ОСОБО — это чёрт знает что и сбоку бантик! Я думаю, ничего не случится, если ты будешь раза три-четыре в день ко мне заглядывать и разок попьёшь у меня чай. Это при условии, что я буду один в кабинете.

С В. Т. я завтра поговорю, чтобы не совала свой нос в чужие и совершенно не касающиеся её дела.

Ты что, сама не понимаешь, что она несёт бред? Всё это говорят-сплетничают в ЕЁ ВООБРАЖЕНИИ. Единственное, что, вероятно, реально — «знакомая» из того дома: это плохо. Действительно, эта госпожа может растрезвонить о наших посещениях квартиры, а это, повторюсь ещё и ещё — очень плохо…

Что ж, давай всё ЗАКАНЧИВАТЬ!

Алексей.

Моему Лёшеньке, 18 марта, 23:04 (По порядку.)

Насчёт воображения В. Т. — думаю, ты ошибаешься. ВСЕ (!!!) говорят о том, что я — блядь, а ты, соответственно, — блядун. Но не в этом дело — я тебя люблю (не думай, что я сейчас дрожу или надулась, — мне сейчас хорошо как никогда: ведь мы недавно были вместе и провели замечательно время!). С В. Т. не надо говорить, а то будет выглядеть так: я растрезвонила тебе, пожаловалась — а это глупо! Ужас весь был в том, что она набралась смелости мне всё это сказать, чего я не ожидала от неё!

В общем, ЗАКАНЧИВАТЬ мы будем разве что со ссорами (сегодняшний вечер я за ссору не расцениваю!). Я тебя люблю и хочу быть с тобой, а насчёт НАШЕГО дома — это действительно проблема. Ладно, чего это я за упокой… Хочу быть с тобой рядом. Завтра утром позвоню. Черкани мне чего-нибудь ещё — на этот раз про нас, а не про языкочесателей!

Алинка.

Aline, 18 марта, 23:17 (Не могу молчать!)

Алина, ещё раз серьёзно говорю: или не поддаваться, или будем заканчивать. Если я не сделаю выговор В. Т., она будет считать себя правой. А если ещё и показать (подыграть) ей, что ты якобы мне не рассказала об этом вашем разговоре — это вообще дико. Её тогда ничто не остановит.

Алина, будь (стань), наконец, взрослой!

Начались (продолжаются) не самые для нас лучшие времена: переживём, выстоим, выдержим…. Ведь мы любим друг друга???!!!

Лёша.

Моему Лёшеньке, 21 марта, 10:45 (Расшифровываю.)

Вчера мои заикнулись о тебе, на что я им ответила: моя личная жизнь не касается никого, даже вас, я не маленькая девочка — выбор делаю сама, а вы должны его принять и уважать. В общем, этими словами я дала понять, что у нас с тобой что-то есть и ЭТО я прекращать-прерывать не собираюсь. Ма вспылила, мол, я ему сама позвоню. Я спокойно сказала: «Звони». Она буркнула что-то, но, думаю, не позвонит — струсит. Пошла па жаловаться — а тот (как я расслышала) сказал: пусть сама разбирается и живёт. Хотя, может, он с тобой и свяжется, а может, и нет. Словом, как ни крути, а принять мой выбор им придётся!

Ладно, до встречи, солнышко моё!

Твоя А.

P. S. Я тебя люблю, и ты мне сегодня снился — весь такой влюблённый-влюблённый. Жду вечера!


Aline, 21 марта, 23:17 (Прорвёмся!)

Алинка, родная моя, не дрейфь — прорвёмся! Обещаю тебе, что выдержу любые допросы-пытки от твоих предков: как-никак они мне уже почти родственники…

А если серьёзно, мне бы, конечно, очень не хотелось этих разборок-объяснений: я ведь понимаю, что с их точки зрения наш с тобой роман — из серии психо и патологии. Впрочем, ты слово «роман» терпеть не можешь и — правильно. У нас — ЛЮБОВЬ!!! Пусть они с этим и примирятся.

Целую нежно, счастье моё, во ВСЕ губы!

Алекс.

Моему Лёшеньке, 22 марта, 08:55 (Утреннее.)

Проснулась и безумно соскучилась по тебе. Наверное, моё письмецо ты откроешь вечером, поэтому хочу сказать-написать: Я ВСЕГДА ДУМАЮ О ТЕБЕ И НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ ЖИЗНИ БЕЗ ТЕБЯ! Хоть сейчас-то ты понимаешь, что я себе не придумала никакой любви, она есть, во мне, глубоко-глубоко — в памяти каждой клеточки: настоящая, всепоглощающая, невероятно горячая (обжигающая!).

Сейчас сяду писать статейку-рецензию в нашу многотиражку, а думать буду только о тебе — вот ошибок-то наляпаю!

Офигевшая от любви твоя Дымка.

Aline, 22 марта, 23:02 (О счастье.)

Алина, солнышко моё, здравствуй!

Как ты живёшь? Как животик? (Это я просто так — из фольклора.) Не заболела ли после прогулки с непокрытой головой? Была бы в шапочке — проводила бы меня до аптеки…

Слушайся меня, золотце, и всё у нас будет хорошо!

Алина, голубчик ты мой сизокрылый! Какую такую рецензию ты там пишешь-сочиняешь? Какого, прости меня, хрена писать о никому не нужной книжке? И вообще, девочка моя глупенькая, нет ли у тебя ощущения, что ты тратишь неимоверно много времени и сил на писание вот этого всего? А стихи новые когда писать-творить будешь? А когда «Любовь Достоевского» перечитаешь? Когда, наконец, все видео с Джулией Робертс досмотришь (а ведь их ещё штук пять!)??? Когда…

Э-э-э, да что толку языком бить! Тебе говоришь, а ты ноль внимания. Всё бы только с толстыми мужиками целоваться (я видел, видел, как тебя чмокнул М. Г. в коридоре!) да выслушивать от других толстых парнишей   всякие затасканные пошлости про люпофь и лыбыдо (я имею в виду А. И. — он же опять донимал тебя?!)…

Как видишь по сэбжу, хотел чего-то про счастье писнуть, да вот — завёлся. В конце разве добавлю: какое счастье, что ты есть, что мы встретились, что я могу тебя целовать, обнимать, думать о тебе, видеть тебя, сливаться с тобой в единого ангела (так, кажется?)…

Жду от тебя ещё ответа — страстного и горячего.

Целую в сахарные твои уста! И — левую грудь!

Твой А.

Моему Лёшеньке, 22 марта, 23:58 (От всклокоченной.)

Рецензии-статейки я пишу для практики и отчёта: ты же знаешь, что мне сдавать зачёт по специальности. Стихи новые пишу: и почему тебе кажется, что нет — не знаю. До Джулии руки не доходят — не у тебя одного запарка: мне курсовую закончить надо. А твой Достоевский вообще требует очистки мозгов от рабочего и прочего хлама.

Всему своё время!

Мужиков толстых не люблю, мне по душе пушистые мартовские котики — как ты: стройные, грустные и тёплые…

Почему именно в левую грудь целуешь — не знаю, но и то приятно. Я тогда тебя — в правую! Завтра буду скучать-ныть-звонить: в общем, надоедать тебе. С утра непременно звякну. Ну теперь и в сон пора! Плюх-бултых! Давай скорей ко мне!

Уже тоскую.

Самое главное — я тоже безумно рада, «что ты есть, что мы встретились, что я могу тебя целовать, обнимать, думать о тебе, видеть тебя, сливаться с тобой…»

Твоя Алинка — вся такая деловая-всклокоченная и, конечно же, по уши влюблённая.


<<<   Часть 1. Гл. 1
Часть 1. Гл. 2 (продолжение)   >>>











© Наседкин Николай Николаевич, 2001


^ Наверх


Написать автору Facebook  ВКонтакте  Twitter  Одноклассники


Индекс цитирования Рейтинг@Mail.ru